Читаем Тайные грехи полностью

Мара попятилась, но в голосе ее по-прежнему звучали уверенность и твердость.

– И все же я поеду с ним!

– Довольно!

Дрю уже снимал с себя ремень.

Гвен, так еще и не успевшая переодеться, в нижней рубашке и в длинных панталонах, ворвалась в гостиную и встала между ними.

– Что тут происходит?

Дрю поведал ей о намерениях дочери, пересыпая свой рассказ бранью и угрозами в адрес юной ослушницы.

– Я не только спущу с нее шкуру. Я завтра же надаю хороших затрещин этому юному шалопаю.

– И тогда можешь распроститься с мечтами о собственном деле. А теперь успокойтесь вы оба, остыньте, – закончила Гвен.

Взгляд, брошенный ею на мужа, был полон значения, понятного ему одному. И все же Дрю не до конца понял взгляд супруги.

– Мама, – начала было Мара, но Гвен осадила ее, не дослушав.

– В постель, мисс. Я и сама сумею вздуть тебя! В постель. Немедленно!

Сейчас Гвен говорила таким тоном, что никто из ее детей не посмел бы перечить, хотя братья были уже вполне взрослыми мужчинами. Когда Гвен сердилась, она не тратила слов попусту, и в этом случае лучше было подчиниться ей. Мара круто повернулась и направилась в свою спальню.

– Что за черт? И что бы все это могло значить? – обратился Дрю к жене. – Этот вопрос следует решить немедленно – и окончательно.

– Не сегодня, Дрю.

– А почему не сегодня? – в раздражении спросил муж. – Наша дочь хочет отправиться вдвоем с этим молодым человеком и ночевать с ним в горах. И не одну ночь. Только Господь Бог знает, сколько ночей. А ведь ей всего четырнадцать. Господи, Гвен, надеюсь, она не пошла в твою кузину Агнес? Не станет же она такой отпетой шлюхой, как та?

Гвен едва заметно улыбалась, глядя на мужа, и в глазах ее он прочел насмешку.

– Не стоит бранить Агнес. Ведь в конце концов во всех нас, женщинах семейства Томасов, сидит какая-то чертовщинка.

– Гвен! – взревел возмущенный Дрю.

– У тебя короткая память, Дрю.

Она шагнула к мужу; в глазах ее вспыхнули огоньки, а бедра качнулись ему навстречу. Он все еще стоял молча, когда ее руки обвились вокруг его шеи и она шепнула ему на ухо:

– Почему мы покинули Тайдфил, Дрю? Потому что я, тогда еще совсем девчонка, не могла противостоять страстным ласкам и романтической болтовне темпераментного молодого шалопая, не смогла обуздать свой собственный темперамент.

– Перестань, Гвен! Не говори так! – смутился Дрю.

Она лукаво улыбнулась:

– Хочешь забыть, как соблазнил меня без благословения родителей и брачных обетов?

– Я женился на тебе…

– Верно, но не слишком спешил с этим. А хоть и женился, нам не удалось избежать сплетен, когда Эмлин родился через полгода после нашего венчания.

– Ладно, – миролюбиво согласился Дрю. – Но ты ведь должна бледнеть и трепетать при мысли о том, что твоя дочь, твоя плоть и кровь, собирается в горы с молодым Юингом.

Гвен задумчиво улыбнулась и прижалась к мужу. Она все более возбуждалась, чувствуя, как твердеет его мужская плоть.

– Мара без ума от Гордона. И он так смотрит на нее… Я уверена, он чувствует то же самое.

– Да. И это еще одна веская причина, по которой им следует держаться подальше друг от друга.

Гвен поцеловала мужа в мочку уха и чуть прикусила ее.

– Представь, мои родители говорили о нас то же самое. И если бы мы их послушались, то не были бы сейчас здесь с нашими чудесными детьми.

Дрю наконец начал понимать, что пытается внушить ему жена, на что намекает.

– Я правильно тебя понял? Ты хочешь убедить меня, что Гордон Юинг и наша Мара были бы прекрасной парой?

– А что в этом дурного? Мне думается, они очень даже подходят друг другу. И Юинги – хорошая семья.

– Но они башковитее нас, Тэйтов. Они совсем другие, у них другие понятия, – проворчал Дрю.

– Нет, просто они богатые. Только этим они от нас и отличаются. Все зависит от того, что у тебя в кармане. К тому же их брак даст тебе возможность выдвинуться, занять более высокое место в обществе. Уж Юинги приложат усилия, чтобы семья их невестки поправила свои дела.

Дрю ушам своим не верил.

– Да что ты такое говоришь?! – закричал он. – Ты готова променять свою дочь на положение в обществе?

– Променять? Никогда! Я просто здраво смотрю на вещи. Стоит ли откладывать неизбежное? Мы могли бы держать ее взаперти, пока она не повзрослеет, но чего бы этим добились? Как только дверь в ее комнату откроют, она сбежит с Гордоном или с любым другим молодым жеребцом. Как я уже сказала, в любой из женщин семьи Томасов есть чуть-чуть от кузины Агнес, и это чистая правда. Я очень хорошо чувствую, что в ней есть эта чертовщинка. Дрю, дорогой, не хочешь, чтобы я тебя немного приласкала?

Гвен опустила руку и крепко сжала отвердевшую плоть мужа.

– О да! Тот, кто сильнее тебя, говорит за тебя! – Затем увлекла его в спальню, где сбросила сорочку и панталоны.

Торопливо раздеваясь, Дрю пожирал ее глазами. Возможно, некоторые ценители женской красоты сочли бы фигуру Гвен излишне пышной, но Дрю она казалась идеальной.

– Я люблю тебя больше, чем когда-либо прежде, – прошептал он задыхаясь, поглаживая Гвен по округлым ягодицам.