Читаем Тайны Сибири полностью

Поначалу суеверные морячки приняли его за «Летучий голландец» и изрядно испугались, но потом, все же пересилив страх, поднялись на палубу. Когда спустились в жилые помещения, зрелище предстало жуткое. На всех койках в кубрике лежали мертвые матросы – тела прекрасно сохранились из-за постоянного холода. Мертвый капитан сидел за столом в своей каюте над судовым журналом. На койке лежало тело женщины, а на полу – замерзший мальчик лет десяти, видимо, капитан, как в те времена часто случалось, взял в плавание всю семью.

Капитан хотел осмотреть и трюм, но моряки, напуганные всем увиденным, категорически отказались и дальше расхаживать по кораблю мертвецов. Когда они вернулись на китобоец, оказалось, что матрос, которому было поручено нести судовой журнал «Летучего голландца», по оплошности уронил его, садясь в шлюпку, и большинство страниц (промерзших насквозь, хрупких, как стекло) упали в воду.

Кое-что все же удалось узнать, изучая оставшиеся. Судовой журнал велся на английском. Корабль некогда отплыл в Китай обычным маршрутом – огибая Африку и Азию. Однако последняя запись гласила, что судно уже семнадцать дней как попало в ледяной плен, люди страдают от холода, сын капитана уже умер, а жена сказала, что холода не чувствует вовсе (первый признак смертельного замерзания). Приблизительное местонахождение корабля – где-то в ста милях к северу от мыса Барроу на Аляске.

Так и осталось загадкой, почему корабль не поплыл назад в Европу тем же привычным маршрутом, а оказался далеко на севере, где и угодил во льды. Возможно, капитан решил рискнуть и возвращаться в Атлантику не обычным, долгим путем, а пройти Северо-Западным проходом. Другого объяснения вроде бы и нет.

Даже если так, финал оказался печальным. Очень быстро кончились продукты (моряки с китобойца не нашли на камбузе ничего съестного), люди один за другим стали умирать от холода. И «мертвый корабль» все же прошел Северо-Западным проходом – но без единой живой души на борту. Так вполне могло случиться. Известен не один случай, когда дрейфующие льды перемещали вмерзший в них корабль на огромные расстояния. А время для такого путешествия было – произошло все это за тринадцать лет до того, как китобоец встретил «корабль-призрак».

О страшной находке доложили по возвращении домой. Но ни названия корабля, ни порта приписки так и не удалось установить – Арктика неохотно раскрывает свои тайны… Подобный «корабль-призрак» – далеко не единственный. Эскимосы, китобои и полярные исследователи не раз замечали вдали дрейфующие с ледяными полями, покрытые причудливыми ледяными сосульками суда – возможно, как и тот оставшийся неизвестным корабль, – плававшие так десятилетиями…

Эти экспедиции, как и почти все последующие, не имеют отношения к Северному Ледовитому океану (не считая Баренца и Ченслера), но я рассказываю о них подробно как раз потому, что они имеют прямое отношение к Гиперборее, ее наследию, то есть стойкой исторической памяти, благодаря которой сотни лет держалось убеждение, что арктические моря свободны ото льда и там можно отыскать большие острова.

В XIX веке плавания продолжались. У канадских берегов побывали опытные исследователи Джон Росс и Уильям Парри, позже – Джон Франклин. В полярных водах канадской Арктики плавали и русские корабли, точнее, бриг «Рюрик», под командой О. Е. Коцебу совершавший кругосветное путешествие.

Сами по себе эти экспедиции имели огромное значение для географической науки: исчезло огромное «белое пятно», когда-то занимавшее на картах весь север Америки, карты стали точными и на них появились очертания берегов, проливов, заливов, островов, рек. Вот только Северо-Западный проход оставался непроходимым…

В 1844 году английское Королевское географическое общество, решив добиться наконец какой-то ясности, стало снаряжать два корабля, которым предстояло пробиться от Гренландии вдоль берегов Канады к Берингову проливу.

Вот тут на сцене вновь появился Джон Франклин, безусловно заслуживающий подробного рассказа, а не беглого упоминания в числе прочих.

Это один из самых известных английских моряков XIX века. Свое первое морское путешествие совершил юнгой в четырнадцать лет. Девятнадцатилетним участвовал в 1805 году в Трафальгарской битве, когда адмирал Нельсон разбил франко-испанскую эскадру. Позже совершил два путешествия в Канадскую Арктику – долгие, по три года каждое, исследовал большую часть северного побережья Канады.

А вот потом его судьба совершила неожиданный зигзаг. Британская бюрократическая машина во многом ничуть не отличалась от русской, и порой ее логику понять решительно невозможно. Опытнейшего полярного исследователя, автора нашумевшей книги об Арктике назначили губернатором Тасмании – для Британской империи это было то же самое, что для Российской – Камчатка. Сонное захолустье на краю глобуса. Можно умереть со скуки или спиться (каковому занятию британцы порой предаются с тем же увлечением, что и русские).