Читаем Тайны 'Семи грехов' полностью

Последние слова напуганной девушки произвели обратное впечатление. Послышались рыдания и отчаянные выкрики.

Волин изо всех сил впился в подлокотники: "Вот оно! Все последние события предвещали мне гибель. Я должен был сразу понять, что визит странных незнакомцев в вериной квартире и нежданная встреча в аэропорту с одетой в черное платье послушницей - не случайны! Но я не хочу умирать! Неужели сейчас все закончится?! Помнится, в Библии Господь обещал не губить Содом и Гоморру, если в них найдется не менее десяти праведников. Неужели в этом самолете нет безгрешных людей? А дети?"

Волин расстегнул ремни безопасности и, с трудом привстав, лихорадочно пересчитал выцветшие от южного солнца белесые детские головки: "Девять, их всего девять! Не хватает как раз одного! Нам не спастись!"

В этот момент по салону прокатился истошный вопль. Впереди в четвертом ряду засуетились пассажиры. И пробежавшая по проходу с кучей салфеток стюардесса раздраженно произнесла: Нашла время рожать!

И почти тут же воздух салона пронизал звонкий требовательный писк младенца, горделиво возвестившего о своем приходе в изменчивый и наполненный опасностями мир.

В первые мгновения Волин не понял, почему плач младенца звучит так громко и ясно, четко пробиваясь сквозь мирное гудение ровно работающего мотора. С опозданием до его сознания дошло: "Самолет больше не трясет. Турбулентность внезапно прекратилась. М ы спасены! Вот оно чудо - появление десятого праведника!"

И он почувствовал благодарность к своевременному появившемуся на свет младенцу: "Судьба дает мне шанс исправиться. Клянусь, после удачного приземления сходить в церковь, поставить Богу свечку и больше не грешить!"

В этот момент он искренно верил, что сможет начать новую чистую, свободную от пороков жизнь.

Узрев, что самолет перестало треясти, Себ в растерянности повернулся к Анатасу:

- Почему это произошло?

- У литератора слишком сильная защита! Ты этого не учел.

- Ну ничего, ещё не все потеряно. Там в Москве его ждет Дым. Мы ещё посмотрим, чья возьмет!

- Конечно, Себ, никогда не следует падать духом. Тем более, действуя в такой стране, как Россия.

Анатас отвернулся, чтобы стажер не видел его скептической улыбки: "Одно из немногих преимуществ стариков - это дальнозоркость. Вот и Себ отсюда с высоты птичьего полета не видит, что Князь уже знает, кто убил его брата Филарета. А это означает стремительное приближение новых кровавых событий".

И легко обогнав упрямо рассекающий упругий воздух лайнер, наставник и стажер помчались в Москву готовить сцену для постановки новой трагедии.

ГЛАВА IX. НА РАСПУТЬИ.

Сгустившиеся над Москвой тучи разразились ливневыми потоками. И пассажиры, поспешно спускаясь с трапа, бегом устремились к спасительному зданию аэропорта. Волин, стряхивая ладонью с густых волос дождевую влагу, беспокойно озирался отыскивая в толпе встречающих Кондратова. И тот не заставил себя ждать. Вывернувшись откуда-то сбоку, дружески хлопнул приятеля по плечу:

- С прибытием на хлебосольную московскую землю. В гостях хорошо, а дома лучше. Впрочем, по твоему загару можно предположить, что ты и у моря неплохо провел время.

- Всего пару раз окунулся и то уже на закате.

- Это ты говоришь, чтобы усталый и задерганный начальством сыщик не истек черной завистью. Документы привез? Давай их сюда. Передавая Кондратову большой коричневый конверт, Волин опасливо осмотрелся вокруг. И похолодел, увидев Хвоста, напряженно сидящего за его встречей с сыщиком.

"Хвост зафиксировал наш контакт. И узнав о наличии на него компры сразу догадается, кто её привез в МУР. И теперь если меня не прикончит Дым, то дело довершит Хвост!"

Заметив в толпе бандита, Кондратов беспечно махнул рукой:

- Не обращай внимания на его грозный вид. Меня эта уголовная мразь всю жизнь напугать пытается. А в результате даже себя за локоть не могут укусить. Смотри, подался к выходу. А блондинки возле него уже нет.

- Перестраховались. Они даже по трапу спускались раздельно. Но ты меня не успокоил. Одно дело, ты сыщик с пистолетом подмышкой, а другое: я мало кому известный журналист.

- Не прибедняйся! Если замочат тебя, то все писаки шум из солидарности поднимут. А о том что меня подстрелили в лучшем случае надпись на гранитной плите в вестибюле Главка выбьют.

- Ну что же, это тоже неплохо.

- Иронизируешь? И правильно делаешь. Прорвемся!

- И все-таки как думаешь использовать снимки сладкой парочки?

- Лишний вопрос задаешь! В оперативную кухню залезть хочешь. Но поскольку ты в этом деле участвовал., то скажу. Шантажировать Хвоста этой компрой бесполезно. Узнав о наличии фотоснимков, он просто ликвиднет Грома и все. Одним бандитом станет меньше. А процветающий Хвост будет нежиться в постели с неутешной вдовой.

- А если Татьяна не простит ему гибель мужа?

- Не городи глупость! Из-за материальной выгоды баба постарается поскорее забыть неприятный эпизод. К тому же киллеры Хвоста могут инсценировать обычное дорожное происшествие для успокоения её совести. Нет, это пустой номер. Наиболее интересный ход: передать эти материалы Дыму.

- И что это даст?