Историк А. Медынцева выдвинула гипотезу, согласно которой обыденное, языческое имя боярина Добрыня исчезло, потому что он крестился. А крестившись, получил новое имя.

При крещении Руси язычники получали новые имена. Князь Владимир (а это имя славянское, по происхождению языческое, как Святослав или Ярополк) получил имя Василий, и в церковных святцах, хоть об этом мало кто знает, он числится как святой Василий, а не Владимир.

И историк предположила, что христианское православное имя Добрыни – Ильылинах не указывает на то, что Илья Муромец, крестьянский сын, но старший богатырь, совершал подвиги в языческое время, чем славен Добрыня. Зато, как христианин, Илья защищает Русь от язычников и степняков. Низкое происхождение Добрыни известно, его карьера при Владимире отражена в былинах, а Илья выступает преемником Добрыни, будто подхватывает меч из рук исчезнувшего боярина.

Гипотеза Медынцевой перекликается со словами академика Рыбакова, который в свое время писал, что былины «Владимирова цикла группируются вокруг двух героев – княжеского дяди Добрыни и крестьянского сына Ильи Муромца. Это два разных круга былин, разделенных тематически и хронологически: рубежом между ними является 988 год, год крещения Руси, год создания широкой сети богатырских застав».

Поэтому-то просидевший сиднем неизвестно где Илья Муромец появляется на богатырском поприще в солидном возрасте и в расцвете сил.

И в том же году исчезает Добрыня, также в солидном возрасте и расцвете сил.

Так ли это было – мы вряд ли узнаем, но гипотеза А. Медынцевой кажется очень любопытной и правдоподобной.

ПОЖАР НАД ВОЛХОВОМ. Крещение Новгорода

Крещение Руси не было мгновенным. А ведь по разным книжкам и фильмам можно представить, что Владимир проснулся как-то утром и понял: нельзя больше Руси жить без христианства. И крестил ее жителей. Ко всеобщему удовольствию. За исключением, может быть, жрецов Перуна.

На самом деле крещение Руси было процессом долгим и тяжелым для его участников и жертв, а последних тоже получилось немало.

Введение новой религии подобно изобретению паровоза. Паровоз изобретали немало раз, начиная чуть ли не с античных времен. Но в истории остается лишь тот изобретатель, после работ которого паровоз больше не забыли и смысла изобретать его снова не осталось. Если же считать, что его изобрели на Урале братья Черепановы, то куда он делся и почему о нем забыли? Значит, он был или не очень хорошим, или еще не был нужен.

А при жизни изобретателя Стефенсона были изготовлены тысячи паровозов, и железные дороги протянулись через всю Европу.

Вам приходилось слышать об Андрее Первозванном?

Это один из спутников и учеников Иисуса Христа, который проповедовал христианство в Европе, в том числе, как уверяют, посетил просторы будущей Руси и склонил ее жителей в новую веру.

Потому он у нас и зовется Первозванным, так как первым пришел к нам и принес Слово Божье.

Казалось бы, склонил, крестил... А потом что?

Оказывается, ни единого следа его деятельности не осталось, ни одной церкви его последователи не построили... Впрочем, как люди бедные, они могли молиться в пещерах и дневников не вели.

Правда, здесь есть еще одна сложность – никто толком вам не скажет, кто же жил в то время на Днепре и по Волге.

В любом случае, когда Русью стала править варяжская династия, славяне уже имели свой пантеон богов, алтари и капища, но храмов не воздвигали. А у варягов, которые правили нашей страной, тоже была своя языческая вера.

В то же время к концу I тысячелетия н. э. славяне построили немало городов. Не зря же викинги звали Русь Гардарикой, то есть страной городов. Некоторые из этих городов, как Киев и Новгород, были крупными торговыми центрами, и население там было смешанным. А раз так, то и религий в них существовало немало.

Следующим шагом к крещению Руси стало посольство княгини Ольги в Константинополь, где она намеревалась просить руки византийской принцессы для своего сына Святослава, но из этого ничего не вышло. Из политических соображений, намереваясь поднять престиж своей страны, княгиня приняла в Константинополе крещение, но, вернувшись домой, крестить своих подданных не стала – не были они еще готовы к этому...

Наверняка в Киеве были мечеть и синагога, не говоря уже о христианских храмах. Были там алтари Перуна и иных славянских богов. Ольга так и осталась христианкой для внешнего мира, но настаивать на том, чтобы подданные последовали за ней, она не посмела. Может, еще и потому, что ее сын Святослав, не выносивший надменных византийцев, христианство связывал именно с господством Константинополя. А сам, хоть и без особого успеха, много лет воевал с византийцами и погиб, так и не примирившись.