Читаем Тайны родства (СИ) полностью

   -- Ну-у, -- покраснел Мар, -- не очень-то здорово. И если числа не слишком большие.

   -- Тогда у меня предложение: здесь есть школа недалеко, минут двадцать ходьбы, и директор будет нас сегодня ждать. Я договорилась с ним предварительно, но не знала, умеешь ли ты уже что-нибудь и в какой класс тебя определять.

   -- И в какой?

   -- Ну, по возрасту ты во второй годишься. По знаниям, как выяснилось, тоже.

   Школа была рассчитана на четырехлетнее обучение и предназначена для небогатых горожан. Когда Мар продемонстрировал мне свои магические достижения, у меня мелькнула мысль, что надо было бы школу поприличнее выбрать, чтобы он мог получить достойную подготовку для поступления в ВМШ, но живо представила себе отношение к деревенскому мальчику со стороны деток состоятельных горожан и мелкого дворянства и решила, что не стоит. Лучше я с ним сама позанимаюсь, если он не утратит интерес к магии.

   И да, в школу Мара приняли -- и как раз во второй класс, как я и рассчитывала. Еще мне пришлось строго-настрого запретить ему заниматься магией без моего контроля. Пообещала мальчишке, что вечером покажу ему кое-какие упражнения, довела его до дома, а сама отправилась в гости к магистру Локаху.

   Обед у магистра был, как обычно, великолепен -- язык проглотишь, но поесть спокойно старик мне не дал -- просто терпения не хватило.

   -- Ну, детка, я уже слышал о переменах в вашей жизни, а теперь и вижу -- от храмового щита вам удалось избавиться, но ваша магия осталась при вас.

   Я вздохнула, отодвигая тарелку:

   -- Да, магистр, с помощью Ритэниора мне удалось получить схему, которая позволяет снять защиту без потери магии.

   -- Ми-и-илая, -- придвинулся ко мне магистр Локах, -- вы же понимаете, что это научное открытие? С вас -- статья в "Вестник магической науки". С подробностями и рисунком схемы.

   Я опять вздохнула:

   -- М-м-магистр, тут есть сложность определенная. Дело в том, что ритуал я проводила не с мужем или с женихом, он бы такого просто не допустил, а с другим человеком, которого с помощью другого ритуала -- запретного, из того самого закрытого хранилища, куда я получила доступ благодаря вашей рекомендации, -- выдала за своего жениха. -- о том, что тот самый "другой человек" был одурманен и использован в ритуале без его согласия, я даже упоминать не стала -- стыдно было признаваться. -- Вы же понимаете, магистр, что такие подробности могут стоить мне запрета на магическую деятельность и перекрытия каналов?

   -- А мы без подробностей! -- не моргнув глазом, заявил магистр. -- Кому они интересны? Важен сам факт: ритуал храмовой защиты обратим.

   -- Угу, -- пробурчала я, -- легально -- только при условии согласия жениха.

   -- Такая ситуация тоже возможна! -- горячо заверил меня Локах. -- Не все же такие, как ваш... герцог. А статья нужна в любом случае -- раз уж вам давали допуск в закрытое хранилище ради научной работы, то надо представить обществу результаты ваших трудов, тогда, если что, вам не станут задавать лишних вопросов.

   -- Хорошо, магистр, статью я напишу, но в соавторстве с Ритэниором-Арав. Без его подсказок я бы не справилась.

   ...Вечером мы обсуждали с Крелом приведение в порядок конюшни и кареты -- конюх взялся стесать герб и украсить дверцу по-своему -- это не возбранялось. Договорились, что лошадей купим позже, когда все будет готово. И еще он сам предложил исполнять еще и обязанности кучера, а это избавляло меня от необходимости искать еще одного работника.

   Меня это, кстати, напрягало, потому что, вернувшись от магистра Локаха, я обнаружила десяток ожидающих меня женщин, претендующих на должность кухарки. Честно говоря, обсуждая это с управляющим, я полагала, что их будет не больше двух-трех, а тут пришлось побеседовать со всеми. Правда, большую часть я отсеяла после первых фраз. Не самих фраз, конечно, а тех мыслей, что за ними стояли. Этика -- этикой, но брать в дом людей, которые меня всерьез не воспринимают, я не желала. В итоге осталась одна милая женщина средних лет, которая обещала приступить к работе уже завтра, чтобы порадовать моих домочадцев вкусным обедом. Звали ее Олева.

   Мне же довелось попробовать ее стряпню только через день, после дежурства в лечебнице и беготни по магазинам в компании болтливого Мара. Ему нужна была новая одежда, тетради и прочие принадлежности для школы. Крел поначалу пытался возражать, хотел взять на себя эти расходы -- все-таки жалование я ему положила вполне приличное, мальчишку, мол, сам мог бы содержать, но я не позволила -- что годится для деревни, в городе может оказаться нелепым и недостаточным. Тем более, к Мару я относилась... ну, как к младшему брату. И мне нравилось, что я сама могу собрать его в школу.