Читаем Тайны прошлого полностью

— Джентльмен? — изобразил удивление Шику. — Вынужден тебя разочаровать: наверняка ты по ошибке ужинала не с ним, потому что Раул обращается с женщинами как с кошками.

— Неужели? Хуже, чем ты? — с таким же наигранным изумлением спросила Жулия и, не дожидаясь ответа, добавила: — Спасибо, что напомнил мне о Рауле. Я обещала с утра позвонить ему в редакцию.

На том они и расстались.

Вернувшись в столовую, Жулия не увидела там отца.

— Он ушел к себе в комнату, подумать, — пояснила Сели. Мне тоже надо кое в чем разобраться, — сказала Жулия и отправилась на кухню к Онейди, где задала ей прямой вопрос: — Признайся, тут не обошлось без интриг Бетти?

Онейди долго отнекивалась, но потом под напором Жулии подтвердила ее догадку, рассказав, как все было на самом деле.

Теперь Жулии не оставалось ничего другого, как откровенно поговорить с отцом о Бетти, а заодно и о Сели.

Впервые в жизни Отавиу должен был провести воспитательную беседу с дочерью, да к тому же с взрослой дочерью!

Не имея подобного опыта, он очень волновался, и, возможно, это помогло ему найти единственно верную интонацию, которая, в конце концов, обезоружила даже спесивую Бетти.

— Мне трудно привыкнуть к мысли, что я твой отец, а ты — моя дочь, — сказал он, — зато я точно знаю, что Алекс — мой друг. И будь у меня возможность выбирать между вами, я выбрал бы его. Знай это.

— Представляю, что тебе наговорила обо мне Жулия! — вспыхнула Бетти.

— Твоя сестра тут ни при чем. Алекс все слышал сам.

— Ну что ж, возможно, это и к лучшему, папа. Твой Алекс получил прекрасную возможность понять, наконец, что мы принадлежим к другому миру и незачем нам повсюду таскать за собой прислугу.

Ее слова привели Отавиу в сильное возбуждение.

— Не знаю, к какому миру относишь себя ты, — произнес он гневно, — а я не стыжусь во всеуслышание заявить, что обязан жизнью прислуге! И не могу представить, как ты — моя дочь, моя плоть и кровь — смогла нанести Алексу такой удар в спину! Лучше бы мне было не выходить из летаргии, чем переживать этот ужас.

Бетти не на шутку испугалась такого заявления Отавиу, но виноватой себя по-прежнему не чувствовала и, пытаясь успокоить отца, сбилась на претензии к нему.

— Ты упрекаешь меня в том, что я будто бы оскорбила Алекса. А сам оскорбляешь меня, отказываясь быть моим отцом. Но мне к этому не привыкать: ты никогда не был для меня отцом! Нянчился только с Жулией, своей любимицей. А я ходила у тебя в падчерицах!

— Бог мой, я ничего не помню! Простонал от боли Отавиу, но Бетти это не остановило.

— Ты не имеешь морального права предъявлять мне счет, — продолжала она. — Я была обделена твоей любовью и, можно сказать, росла как сирота. Наверное, поэтому и выросла глупой. Ведь я наивно полагала, что теперь все будет по-другому, ты, наконец, полюбишь меня. Но твое равнодушие хо мне осталось прежним. Более того, чужой человек, слуга, для тебя дороже, чем я!

Свой гневный монолог она прервала, лишь, когда заметила, что плечи Отавиу вздрагивают от рыданий.

— Папочка, прости меня! Прости! — бросилась к нему Бетти, тоже рыдая. — Ты во всем прав, папочка! Я сейчас же пойду к Алексу и попрошу у него прощения.

Алекс не слишком поверил в искренность столь скорого раскаяния, но, увидев Бетти заплаканной и несчастной, пожалел ее, не стал упрямиться.

—  Хорошо, — сказал он, — я и Онейди переедем вместе с вами. Но только потому, что это нужно твоему отцу.

— Спасибо, Алекс! — обрадовалась Бетти. — Не держи на меня зла. Я сама иногда ужасаюсь своим словам и поступкам.

Затем она вновь помчалась к отцу, и между ними состоялась уже совсем другая беседа. Теперь отец и дочь сидели рядышком, прижавшись, друг к другу, и говорили, говорили…

— Сегодня я узнал тебя получше, и ты стала мне гораздо ближе, — признался ей Отавиу. А то, что в тебе победили добрые чувства, хорошо не только для меня, но, прежде всего для тебя.

— Да, ты так считаешь? — недоверчиво спросила Бетти. — А меня, наоборот, все это выбило из колеи — чувство вины, жалость к Алексу… Я презираю всяческие сантименты!

— Почему, Бетти?!

— Потому что у меня есть четкий план, я твердо знаю, чего должна достичь в жизни. И на этом пути я не стану церемониться ни с чужими чувствами, ни даже со своими!

— Тебе это не удастся, — уверенно произнес Отавиу, немало озадачив Бетти.

— Как тебя понимать, папа? — в недоумении спросила она.

— А здесь все написано, — простодушно улыбнулся Отавиу, раскрывая тетрадь, подаренную ему Лидией. — Пока ты говорила с Алексом, я прочитал свою запись о тебе и, не скрою, усомнился в собственных выводах. Но потом ты пришла и развеяла мои сомнения.

— Папа, что это за тетрадь?

— По совету Лидии я записываю сюда все, чему мне приходится учиться. Например, как следует пользоваться мобильным телефоном, видео, микроволновой печкой.… В общем, всеми теми штуками, которые вы изобрели, пока я спал…

— Что ты записал обо мне, папа? — вернула его в прежнее русло Бетти.

— Да, о тебе! Сейчас прочитаю. Так… Элизабети Монтана, двадцать шесть лет, была замужем за Николау… Внешне она не похожа на Еву, но у нее такой же взгляд. Прошлое: