Читаем Тайны масонства полностью

В конце XV и начале XVI столетий усиленную деятельность развивают общества и коллегии «Чешских Братьев». В 1500 г. они насчитывали до 200.000 последователей, владели множеством школ, имели в своем распоряжении типографии и создали огромную литературу. Работа производилась строго конспиративно. «Чтобы скрыть свои истинные цели и намерения, они вели свою работу под невинными формами, например, литературных обществ, правительственных лабораторий, типографских мастерских, ремесленных цехов и строительных корпораций». Огромное большинство союзов состояло из не посвященных в дела и задачи общества, все здание храма, для создания которого работало общество, было доступно только избранным братьям, или членам «академии». Эти общества преследовали цель распространения «света и правды во всем мире» и пропагандировали идею широкой веротерпимости.

Заслуга в распространении принципов этого общества в Западной Европе принадлежит Яну Амосу Коменскому (1595–1670), последнему епископу «Чешских Братьев».

Во внутреннем и внешнем родстве с учением «Чешских Братьев» находились в немецких государствах «поэты» и их «общества словесности». Первое место среди этих обществ занимала «Академия Пальмы». Эта академия основана принцем Людовиком Ангальт-Котенским в 1617 г.

В этом обществе господствовало реформационное направление. Оно объединяло всех протестантов, т. е. лютеран, католиков и последователей других религиозных направлений, использовавшихся государственным признанием.

Изучение национального языка было флагом, под которым скрывались другие цели и «творились тайные дела».

В символике немецких обществ большую роль играли знаки, которые употребляются в масонстве, а именно: солнце, три горящих светильника, «столпы Мира и Единства», две соединенные руки, три сердца, циркуль, наугольник, глобус и т. д.

В 1643 году Филипп фон Цевен основал в Гамбурге «Братство Трех Роз», устроенное по образцу «Академии Пальмы». Развитие немецкого языка было для этого братства лишь прикрытием, за которым скрывались другие более важные задачи, задачи борьбы за свободу совести и устранение разъединяющих людей национальных, церковных и сословных противоречий. Братство охотно открывало свои двери и иностранцам и принимало в свои члены чехов, венгров, голландцев и французов.

В 1660 г. на нижней Эльбе появляется общество «Орден Лебедя». Этот орден своей задачей ставил невинное занятие музыкой и поэзией, но истинные цели его скрывались под туманным служением «семи искусствам, семи наукам и семи основным добродетелям» на благо человечества.

Кроме Италии и Германии академии натурфилософов существовали еще в Голландии, Испании, Франции и Англии; в последнем государстве они получили широкое распространение.

После 1620 г. в Лондон собралось много гонимых реформистов. «Чешских Братьев», «Розенкрейцеров» и т. п. Лондон сделался первой лабораторией революции. Все оппозиционеры и недовольные собирались в своих «невидимых» философских обществах и коллегиях. Главнейшим союзом являлась Лондонская академия, а самым верным деятелем ее Самуэль Гартлиб.

Помимо философских коллегий существовали и тайные союзы, проводившие либеральные идеи. Гартлиб учредил тайное общество и сочинил описание идеального государства «Макарии», образцами для которого служили «Утопия» Томаса Мура и «Новая Атлантида» Франсиса Бэкона (изд. 1638 г.).

Утопия Мура вообще служила образцом и руководством для всех последующих реформаторов мира.

Английская революция 1648 г. открыла новые возможности для работы реформаторов. Надобность в тайных обществах отпала. Либеральные идеи по переустройству мира теперь возможно было вести легально. В 1662 г. рождается в Лондоне знаменитое «Королевское Общество Естественных Наук», по образцу Лондонского общества возникает Берлинское общество наук, первыми членами которого были Лейбниц, Гофман Штурм и другие.

Все эти лица были до этого участниками тайных обществ или же соприкасались с умственным брожением, возбужденным Коменским и поддержанным академиями. Те задачи, которые преследовали старые общества, по наследству перешли к новым академиям, и обществам. Изменились только формы движения, сущность и содержание движения остались неизменными.

В начале XVII столетия, те английские ложи, о которых остались какие-либо данные, состояли всецело или почти всецело из людей, ничего общего не имеющих со строительным искусством.

Преобразование лож, совершившееся в конце XVII и в начале XVIII века было тесно связано с умственным движением, которое происходило в ту же эпоху в Англии.

«Последним и бесспорно решительным фактором, — говорит историк масонства Финдель, — был английский деизм, — он отвергал откровение, отрицал догмат и вел все за собой под знаменем разума и критики».