Читаем Тайны Инков полностью

Инкская империя была внешним проявлением эксперимента в соучаствующей магии[116], эксперимента, не имевшего прецедента в летописи истории человечества. Так как драма истории Анд развивалась в соответствии с предопределением несчастья, то единственная возможность спасения связывалась с направлением света Пятого Солнца. Таково, по крайней мере, было представление Инки. Между двумя тысячелетиями андской высокоразвитой цивилизации и катаклизмом в андской жизни не стояла ни одна сила за рамками видения Инки Пачакути, вне «Опрокидывания Пространства и Времени». Признаки надвигавшейся бури были начертаны на небесном своде не меньше, чем на вырубленных лесных склонах неисчислимых деревень нагорья. Когда она грянет, никому пощады не будет. Любой неверный шаг, любая ошибка, любое проявление злобы или злого умысла в развитии андской цивилизации значили теперь очень много на весах бога Справедливости и Возмездия, Старого Бога, Отца Времени. В этот момент, подвешенный между волнениями за пределами владений самого времени, Инка-Царь повелел вернуть место Справедливости на своем троне в Центре. Если Время было беспощадно, тогда его следовало остановить.

Чтобы достичь небесного царства, Инка Пачакути будет действовать через земных потомков Сил Наверху. В реорганизации андской жизни посредством ведения обдуманной войны он до известной степени осуществит коронацию Пятого Солнца на небесном троне, заставит повиноваться звезды и изменит обязанности планет, «измерители», приборы времени.

Это была отнюдь не игра. Грандиозность свершения ограничивалась лишь степенью риска. С самого начала инки рисковали всем. Они проявили себя как дети Пятого Солнца, заявив о своем намерении восстановить порядок в андской жизни, и спровоцировали каждое племя в известном мире отказать им в распоряжении своей судьбой. Они были движимы целью — то бесстрашной, то взвешенной, то благородной. Так как войска Куско отправлялись из Центра в четыре страны света, они проходили под имперским знаменем радуги, ликом Солнца, растапливающим царство хаоса. Великолепие имперского Куско воздействовало как гипноз на андские народы, пребывавшие на протяжении жизни целых поколений в состоянии войны с окружающими общинами. Не имело значения, встречали ли инков с ненавистью или с радостью. Им было все равно к ним, и они оставались непреклонными. Если бог возмездия, владелец Мельницы, требовал правосудия, он получал его в изобилии.

Каждый десяток мужчин в Империи имел местного представителя Инки, к которому они могли обращаться за правосудием. Каждый десяток этих представителей докладывал должностному лицу более высокого ранга, и так далее вплоть до самого Инки. Если цепочка информации разрывалась — из-за апатии, продажности или любой другой причины, причинявшей несправедливость, то слабое звено подвергалось казни. Такое было время.

Инкская позиция не была просто позой. Невозможно понять инков без осознания того, что они не были лицемерами. Они заранее сполна оплачивали все долги, обеспечивая не просто форму справедливости, но также и ее сущность. Богатство Империи делилось на три части: треть для людей, треть для Инки и треть для Солнца. «Декларированный доход» Инков — их треть — перераспределялся как «средство» приручения воинов. Часть, причитавшаяся Солнцу, повсюду щедро расточалась на людей во время многочисленных ежегодных празднеств. Остаток мог немедленно отправляться туда, где была угроза голода.

Инки предоставили свою власть в распоряжение справедливости. В стремлении в равной мере восстановить гармонию в микроксоме и макрокосме они осознавали, что их собственные интересы неотделимы от их обязанностей. Так, например, они не могли согласиться на передел неизменного «пирога». В число их обязанностей входило восстановление щедрости.

Я уже не помню, сколько раз за эти годы в ответах на вопросы друзей о моем интересе к инкам внезапно и незванно в разговор вторгалось имя майя. Майя, кажется, живут в воображении, потому что у нас под рукой находятся яркие изображения для созерцания умственным взором: Тикаль, Паленке, Караколь и так далее. За исключением Мачу-Пикчу, таких изображений у инков больше не существует. Не потому, что испанцы разрушили великие архитектурные сокровища Анд, хотя они действительно разрушили много строений. Истинные памятники инкской цивилизации существуют в таком контексте, который слишком тонок для быстрой передачи современным ощущениям. Инки были, возможно, самыми прекрасными каменщиками в мире, но они не расточали свое мастерство на убранство комплексов храмов. Зато они перестраивали землю.