Читаем Тайны гениев полностью

Если же девочки после залпа отборного мата, продолжали как ни в чем не бывало весело общаться с мальчиками, то это значило, что с данными девочками мальчикам повезло, и не надо тратить на них больше усилий. Остается лишь взять необходимое количество пива и отправиться вместе с девочками “на квартиру”.

И еще одно воспоминание:

Как-то во время очередных гастролей иду по коридору гостиницы и чувствую, что кто-то следует за мной буквально по пятам.

Оборачиваюсь: в нескольких шагах от меня – миловидная и очень, как бы это сказать, вызывающе-эротично одетая женщина (справедливости ради, ей было что показать!!!).

Когда я обернулся, то получил в подарок роскошную улыбку: “А я вас загипнотизировала. Я шла за вами и говорила: обернитесь, обернитесь! Вот, вы и обернулись”.

После нескольких минут веселого и ни к чему не обязывающего разговора я получил приглашение посетить ее номер. Когда я высказал сомнение: удобно ли так поздно (я ведь уезжаю на концерт, а приеду только после одиннадцати вечера), получил ответ, что вполне удобно. Когда я в одиннадцать часов вечера постучал в ее комнату, дверь мне открыла уже не просто красивая женщина, это была сама богиня эротики. На ее роскошном теле не было ничего кроме розового прозрачного пеньюара. Итак, сомнений не оставалось: я приглашен на великий сексуальный пир. Но поскольку я не языческий поэт, а иудейско-христианский, то просто тела для пиршества мне не хватало.

Во всех подобных случаях у меня появляется одна мысль: по каким критериям я избран для партнерства? Я не спортивен, у меня внешность не Ален Делона, рост у меня средний, мышечная масса – не культуриста. Вместо меня здесь мог быть куда более достойный кандидат. Вполне возможно, он и был... вчера. Но уехал. А я здесь – за неимением лучшего. В этом случае дух экспериментатора, музыканта, поэта берет верх над телом мужчины. И я решил почитать моей полуобнаженной партнерше свои стихи. Затем она рассказала мне о своей жизни. Вышла замуж в восемнадцать лет. Хороший был парень – руки золотые. Всем все делал. И строитель, и слесарь, и столяр, и электрик.

Но лгут газеты, что в Советском Союзе валюта – рубль. Не рубль, а бутылка. Вот и расплачивались с ним этой валютой.

Он начал пить, драться, бить ее, детей. Она по-прежнему живет с ним (а куда ей с двумя детьми деваться), но вот в редкие случаи командировок появляется возможность “оторваться”, забыть об этой мерзкой, наполненной матом и алкоголем жизни. Услыхав эту историю – одну из миллионов советских историй, – я решил пожертвовать одной ночью и подарить ей столько духовных эмоций, сколько смогу. Я говорил с ней так, как только поэт может говорить со своей возлюбленной.

Я рассказывал о самых интересных вещах. О тайнах философии и глубинах поэзии, о музыке и о жизни. Я раскрывал ей тайны слов. Конечно же, рассказывал и свою концепцию о женщине, как посланнике небес.

Она слушала, воспринимала каждой своей клеточкой. Ее глаза горели.

Передо мной сидела героиня величайших стихов, прекраснейшей музыки. Возможности ее восприятия оказались безмерны.

Ей никто никогда ничего подобного не говорил. Она впитывала в себя каждую строчку стиха, каждую мысль.

Это был ее мир.

В пять часов утра, прощаясь навсегда, я взял ее за руку. Человека, которому открыл целый мир. И она неожиданно отпрянула, неверно истолковав мое прикосновение: “Что вы? Как можно? После такого?

Вы себе не представляете, что вы со мной сделали! Но я не могу, так просто”

Когда я проснулся в одиннадцать часов утра, горничная передала мне огромное письмо. Для написания подобного ей понадобились все оставшиеся до отъезда часы. Вот фрагменты из этого письма.

“Михаил! Вы, наверное, обиделись на такое странное окончание нашего знакомства.

После вашего ухода я не могла уснуть. Легла, погасила свет, но через пятнадцать минут вскочила. Хотела позвонить в ваш номер, но боялась: вдруг вы уже спите.

И я решила написать вам. Я хочу объяснить вам, почему я так себя повела. Когда мы с вами встретились в коридоре, и вы обещали прийти ко мне в гости в одиннадцать часов вечера – я знала то, что между нами будет. То, что в моем представлении всегда бывает между мужчиной и женщиной ночью в одноместном номере гостиницы. Но когда вы вдруг начали читать мне свои стихи, я почувствовала себя на седьмом небе. Мне никто никогда не читал стихов. Я никогда в жизни не видела так близко настоящего поэта. Вы так много знаете, понимаете в этом мире. И как много времени вы потратили на меня! Я не знаю, как объяснить вам то, что со мной произошло. Мне стало вдруг больно от того, что мне никогда в этой жизни не пришлось понять, кто я.

А в эту ночь я влюбилась в вас.

Поймите меня правильно. Это совсем не так, как я раньше понимала. Мне стало стыдно, что я так влюбилась. Мне захотелось, чтобы вы всегда так рассказывали мне потому что тот мир, в котором я неожиданно оказалась, мне очень понравился.