Читаем Тайны Англии полностью

Джифорд так наладил дело, что оно функционировало даже в его отсутствие. Для этого он договорился со своим другом, католиком Томасом Бернсом, не раскрывая, понятно, смысла своей игры, что тот будет получать пакеты от «честного человека» и спешно передавать их еще одному лицу, жившему в Уорикшире, около дороги в столицу. Этот последний разными способами доставлял письма во французское посольство (конечно, после того как бумаги побывали в ведомстве Уолсингема). Не столь уж важно, был ли этот человек в Уорикшире посвящен в секреты предприятия или он, так же как и Берне, являлся ничего не подозревавшим орудием Джифорда. Связь работала безупречно в оба конца, и Джифорд мог позволить себе вернуться в Париж. Важно ведь было не только наладить связь, но и обеспечить, чтобы из Парижа к Марии поступали советы, вполне отвечавшие планам Уолсингема. К этому времени о заговоре был подробно информирован Филипп II, рекомендовавший убить Уолсингема и главных советников Елизаветы.

Приехав в Париж, Джифорд до конца использовал те возможности, которые ему создавал приобретенный авторитет ловкого человека, сумевшего наладить бесперебойно действующую связь с шотландской королевой. Джифорд разъяснял, что было бы чрезвычайно опасно повторять попытки похищения Марии Стюарт: Эмиас Паулет получил строгую инструкцию при малейшей угрозе такого рода предать смерти свою пленницу. Единственный выход — убийство Елизаветы, после чего Мария без особой оппозиции в стране будет возведена на трон. Джифорд ухитрился использовать даже смертельную ненависть, которую питал к Елизавете влиятельный испанский посол в Париже дон Бернандино де Мендоса. Он горячо поддержал план убийства нечестивой королевы, открывавший путь к подчинению Англии власти Филиппа II.

Теперь Джифорду оставалось возвратиться в Лондон и найти подходящих людей, к чьим услугам могла бы обратиться Мария Стюарт для исполнения замысла, который ей подскажут из Парижа. Лля этой цели Джифорд присмотрел одного подходящего человека — совсем молодого и богатого католика из Дербишира Энтони Бабингтона, который выказывал пылкую преданность царственной узнице.

Бабингтон юношей служил пажом графа Шрюсбери, который долгое время выполнял роль тюремщика пленной шотландской королевы, содержавшейся тогда в Шеффилдском замке. Позднее, во время заграничного путешествия, Бабингтон познакомился в Париже с католическими эмигрантами, в том числе с Томасом Морганом. Тот приметил молодого богатого дворянина. Не ускользнуло от разведчика и то, насколько Бабингтон был падок на лесть и легко мог стать орудием чужих планов. Морган представил Бабингтона католическому архиепископу Глазго. Бабингтон вернулся в Англию горячим приверженцем Марии Стюарт. Он обосновался в Лондоне и, по обычаю многих представителей дворянской молодежи, поступил в одну из лондонских коллегий адвокатов — Линкольнс-инн для продолжения образования. За вихрем развлечений, которые предоставляла столица богатому и знатному студенту, отнюдь не обременявшему себя зубрежкой парламентских статутов и судебных прецедентов, парижские беседы быстро уходили в область далеких воспоминаний. Однако Морган не хотел оставить намеченную жертву. Однажды Бабингтону принесли на его лондонскую квартиру письмо из Шеффилда от некоей миссис Брей, которая пересылала тайную корреспонденцию Марии Стюарт. Действуя по совету Моргана, шотландская королева попыталась дружеским посланием превратить платонического благожелателя в активного участника своей тайной службы. Вероятно, до этого Бабингтон и не думал ни о чем, кроме сочувственных фраз, теперь же от него стали настойчиво просить действий, смертельно опасных действий, как это ему было отлично известно. Вскоре к Бабингтону явился служащий французского посольства и доставил письмо от Моргана. Тот просил найти средства доставить Марии Стюарт пакет, приложенный к письмам. Морган учитывал, что его просьба могла попросту испугать Бабингтона, куда более решительного на словах, чем на деле. Поэтому Морган для успокоения добавлял, что исполнение его небольшой просьбы принесет Бабингтону большую честь. К тому же речь идет о делах такого рода, что, даже если переписка попадет в руки властей, Бабингтону нечего опасаться какой-либо суровой кары. Бабингтон согласился и сумел доставить пакет с помощью своего друга Энтони Ролстона. В последующие пять лет Бабингтон участвовал в пересылке Марии Стюарт еще пяти пакетов. И при посредстве тех же Ролстона и миссис Брей. Это был не единственный канал связи в те годы между шотландской королевой и ее сторонниками. Морган явно держал Бабингтона в резерве, но, как вскоре выяснилось, не он один.