Читаем Тайное место полностью

– Он мог встречаться с другой девушкой. Он был не из тех, кто месяцами страдал в одиночестве по утраченной любви. Думаю, и десяти минут не прошло, как они расстались с Селеной, а он уже нашел новую. И опять же он был единственным, кто мог выбраться из Колма ночью. И я не собиралась ждать, пока мы выясним всё наверняка. Сказала, что мне нужно взять кое-что в комнате, не помню уже что, и вытащила телефон из тайника.

– А если бы Селена обнаружила пропажу? Особенно если бы ты ошиблась и Крис в итоге оказался жив-здоров?

– Думаю, как-нибудь разобралась бы с этим.

– Иными словами, ты стремилась лишь защитить подругу.

– Да.

– И как далеко ты готова была зайти в этом стремлении?

Мэкки шевельнулся.

– Чушь какая. Она не может отвечать на такие бессмысленные вопросы, – встрял он.

Конвей выступила из тени:

– Мы допрашиваем ее. А не вас.

– Ну вот вам два допроса по цене одного. Не нравится – ваши проблемы. Никто пока не арестован. Начнете на нас наезжать – и мы свалим.

– Пап, – перебила Холли, – со мной все нормально.

– Я знаю. Только поэтому мы все еще здесь. Детектив Моран, если у вас есть конкретные вопросы, задавайте. Но если вы можете предложить только звонкие фразы из сериала для подростков, давайте закончим.

– Конкретно, Холли, – сказал я. – Селена никому из вас не рассказала, что встречается с Крисом. Почему, как ты думаешь?

– Потому что он нам не нравился, – холодно ответила Холли. – Ну, может, Бекка и ничего – она считала, что Крис нормальный; я же говорю, она совсем еще ребенок. Но мы с Джулией точно начали бы типа: “Ты что, серьезно? Он же полный придурок, считает себя Казановой, да он же, наверное, с тремя девчонками сразу крутит, да ты что вообще?” Селена не любит спорить – особенно с Джулией, потому что Джулия никогда не уступает. Легко могу представить, как Лени такая: “Ладно, расскажу им попозже, когда сама буду уверена, а пока просто попытаюсь им показать, что, может, он и не полный козел, и в итоге все будет хорошо…” Да она до сих пор скрывала бы, если б они не расстались. И конечно, если бы он не погиб.

Что-то меня здесь зацепило. Я не был лучшим другом Селены, уж точно, но все равно: я не забыл, как ее передернуло, когда она вспоминала, как сбегала ночью тайком от близких людей, безмятежно спящих, как врала им. Ей было больно. И Селена не была похожа не человека, который решится на такое без серьезной причины. Выложить правду, а потом с безмятежным взором спокойно ждать, пока Джулия мечет громы и молнии, а Холли закатывает глаза, – запросто. Но не пытаться ловчить, отрезать подруг от важной части своей души только потому, что они не в восторге от ее пассии. Зачем лгать об этом?

– Ты полагаешь, она не рассказала вам, потому что думала, что вы захотите защитить ее?

– Ну, можно и так сказать. Как угодно.

Мэкки все тискал пластилин, вроде маялся от безделья, но исподтишка внимательно наблюдал за мной.

– Но она ошибалась, – продолжал я. – Когда ты узнала обо всем, ты решила, что она вовсе не нуждается в защите, верно?

– А от чего ее защищать? Между ними все было кончено. Хеппи-энд.

– Хеппи-энд, – повторил я. – Вот только потом Крис погиб. А ты так и не рассказала Селене, что в курсе. Почему? Ты видела, что она совершенно раздавлена. Не думала, что именно тогда ей была нужна поддержка? Плечо, в которое можно поплакать, например?

Холли так резко отодвинулась, сжав кулаки, что я подпрыгнул от неожиданности.

– Да блин, я не знала, что ей нужно! Думала, может, она хочет побыть одна, думала, вдруг ляпну что-нибудь и она разозлится на меня, да я только про это и думала все время и не могла ничего придумать! Да, я дерьмо, или как вы там пытаетесь сказать, ладно, я согласна. Довольны? Оставьте меня в покое.

Я снова увидел ту маленькую девочку, которую помнил, запутавшуюся, сбитую с толку, раскрасневшуюся, задерганную. За ее спиной Мэкки прикрыл на миг глаза: к нему она за помощью не пришла. Потом открыл и в упор уставился на меня.

– Ваша дружба – она много значила для тебя. Важно было помочь ей выстоять. Я прав?

– Ну. И что?

– И то, что маленький засранец Крис все изгадил. Вы четверо вели себя не как подруги – черт побери, Холли, согласись. Селена влюблена и ни слова не говорит об этом никому из вас. Ты шпионишь за ней, но ничего не рассказываешь двум остальным. Селену грубо бросает парень, потом ее первую любовь вообще убивают, а вы не желаете хотя бы обнять бедную девочку. Что, так себя ведут настоящие друзья? Правда?

Добрый Полицейский, говорите? Краем глаза я видел, как Конвей развалилась на стуле, якобы расслабленно, но в полной боевой готовности.

– Я и мои подруги – не ваше дело, – отрезала Холли. – Вы о нас ничего не знаете.