Читаем Тайна венской ночи полностью

– Садитесь, – приветливо позвала женщина. Когда Дронго сел рядом, они увидели, как к Руслану подошел Квернер и о чем-то попросил его. Руслан улыбнулся. Сидевшая рядом Амалия тоже улыбнулась. Квернер протянул ножницы. Руслан передал их Амалии. Она осторожно отрезала ножницами прядь его волос и передала их старшему инспектору, который положил волосы в конверт, что-то сказав обоим, и быстро отошел. Из кабины лифта выходил Штреллер, за ним спешил сотрудник со вторым конвертом. Очевидно, у Давида тоже попросили несколько волосков на экспертизу.

– Что они делают? – поинтересовалась Вероника. – Зачем им волосы господина Алтуева?

– Берут на экспертизу, – пояснил Дронго.

– Тогда нужно было взять мои волосы, – цинично усмехнулась Вероника, – вряд ли господин Алтуев так близко контактировал с убитым.

– Признаюсь, что ваш цинизм приводит меня в смущение, – сказал Дронго. – Или это расчетливо выбранная поза?

– Это жизнь, господин эксперт, – ответила Вероника, – иначе просто не выжить. Сама ситуация граничит с трагифарсом. Мы все собираемся в самом спокойном городе Европы, где кто-то сознательно зарезал нашего босса. Какая-то дурацкая мелодрама, в которой заняты мы все. Не говоря уже о высокопоставленной особе, я имею в виду дочь президента и ее мужа-посла.

– Я хочу задать вам еще один не очень приличный вопрос, – сказал Дронго.

– Давайте. Каких только вопросов вы мне не задавали…

– Почему вы пошли именно туда? Ведь он раньше здесь не бывал. Это был ваш выбор?

– Нет. Его. Он сказал, что там, в конце зала, есть два туалета, выходящие в коридор. Их не видно из зала, они обращены к косметическим салонам, которые будут закрыты всю эту ночь. Признаюсь, что я о них даже не знала, хотя живу в Вене.

– Ясно. Когда он предложил вам спуститься?

– Когда мы сидели за столом. Он позвонил мне по мобильному и предложил спуститься. Я не стала долго ломаться. Очевидно, ему нравился и такой, «экстремальный», секс.

– Когда вы узнали о том, что они должны прилететь?

– Не помню. Но за несколько дней до Рождества. У нас сразу появились проблемы с размещением. На Новый год трудно найти свободные номера. Хорошо, что нам удалось их найти. Бедный Фаркаш вообще снял номер до двадцать девятого, а потом продлил его на несколько дней, чтобы остаться здесь. Хотя думаю, что его не разорят подобные траты.

– Я тоже так думаю, – согласился Дронго. – А теперь я хочу спросить вас как официального представителя компании…

– С падшей женщиной вы уже прекратили общаться? – спросила она, хитро прищурившись. – А ведь я могу ответить еще на много ваших вопросов.

– Спасибо. Пока не нужно. Лучше отвечайте как официальный представитель компании. Как вы считаете, кто был неправ в деле Фаркаша?

– В каком смысле неправ?

– Фаркаш настаивает на реструктуризации долга и отказывается возвращать два миллиона долларов. Как вы считаете, это выгодное предложение для компании Галимова?

– Нет, – сразу ответила она, – конечно, нет. Только не говорите, что я дрянь, готовая за крупную сумму нанести ущерб собственной компании. Это ведь все равно не мои деньги. А Фаркаш был неправ с самого начала. Галимов поставил жесткие условия, которые Дьюла согласился выполнять. Дело в том, что он обязан был обеспечить поставку товаров в нужный срок, чтобы наша компания могла заключить очень выгодное соглашение с испанской фирмой. Там речь шла об очень крупной сумме – кажется, пять миллионов долларов. Испанцы согласились подождать, но Фаркаш подвел нас и во второй раз. Кто-то другой заключил соглашение с испанцами, и Галимов приказал мне узнать, кто это был. Но я пока не успела этого выяснить. В результате мы потеряли очень большую сумму. Вот тогда Галимов взбесился, приказал взыскать все деньги с Фаркаша и не шел ни на какие уступки, хотя даже господин Яцунский просил за Дьюлу и предлагал его не наказывать так сильно.

– Почему он заступался за Фаркаша? Ведь тот очень подвел вашу компанию.

– Яцунский знает, что там были не только деньги Фаркаша. Давид и еще несколько сотрудников тоже вложили деньги в этот проект, и теперь они должны вернуть долг компании, то есть потерять свои деньги.

– Тогда понятно. Можно еще один неприличный вопрос?

– Это обычные деловые вопросы. Что вас еще интересует?

– Почему вы подвели герра Брекхауза?

Она вздрогнула; ее глаза расширились, словно она снова увидела труп. Тяжело задышав, Вероника взглянула на Дронго.

– Значит, вы с самого начала просто играли со мной в кошки-мышки? – произнесла она. – Значит, вы все знали?

– Если бы знал все, то не стал бы задавать вопросов. – Сыщик отчаянно блефовал, ему важно было разобраться в этой проблеме.

– Это нечестно, – почти жалобно сказала она, – я ведь вам все искренне рассказала, а вы, оказывается, такой злой…

– Я не злой, я справедливый. Итак, что вы можете сказать про мистера Брекхауза?