Читаем Тайна венской ночи полностью

– Господин посол, – вежливо ответил Бальтцер, – наш руководитель службы безопасности герр Райхель работал в полиции больше двадцати пяти лет. Он не мог ошибиться.

Молчавший Райхель сдержанно кивнул головой.

– Галимов был спортсменом, очень сильным человеком, – сказал посол, – мастером спорта по борьбе. Нужно было видеть, какие у него были сильные руки. Ни один убийца не смог бы и близко подойти к нему.

– Они говорят глупости, – вмешалась Вероника, – пусть они пустят нас в туалет, и мы сами все увидим.

– Это мужской туалет, фройляйн Вурцель, – заметил посол.

– Ничего, – отмахнулась она, – я как-нибудь переживу такое зрелище. Пусть они покажут нам погибшего. Может, мы сможем помочь в розысках убийцы. Господин Райхель, я гражданка Австрии и представитель компании в Европе. Компании, которую возглавлял погибший. Мы были близкими друзьями, и я настаиваю, чтобы вы нас пустили внутрь. Когда приедет полиция, нас уже не пустят. И, возможно, мы не сможем вам помочь.

Райхель нахмурился. Посмотрел на собравшихся.

– Давайте войдем внутрь, – предложил он послу.

– Только не я один, – попросил тот, – можно вместе с Давидом? Или господином Яцунским?

– Я не смогу, – отшатнулся Иосиф Александрович, – мне от вида крови делается дурно. Я могу не выдержать.

– Я пойду с вами, – согласился Давид.

– Нет, я, – возразила Вероника.

– Это мужской туалет, – сухо заметил посол.

– Интересно, что там такого может быть, чего я не видела? – спросила Вероника, вызвав невольные улыбки у всех присутствующих, несмотря на трагизм момента.

– Идемте, – неохотно согласился начальник службы безопасности.

Райхель открыл дверь, пропуская посла, Веронику и Давида. Они вчетвером вошли в туалет. Дверь закрылась. Остальные терпеливо ждали. Яцунский взглянул на Фаркаша и Руслана.

– Какой-то дурной сон, – прошептал он.

Оба мрачно молчали, глядя куда-то в сторону.

– Что вы думаете предпринять? – спросил Иосиф Александрович, обращаясь к менеджеру отеля.

– Сколько вас человек? – спросил Бальтцер.

– Одиннадцать. Сейчас уже одиннадцать после смерти нашего друга.

– Мужчины и женщины?

– Да. Шестеро мужчин и пять женщин.

– Полиция попросит всех вас задержаться, чтобы допросить.

– Это мы понимаем. С его супругой плохо. Может, нам разрешат поднять ее в номер.

– Безусловно. Но мне нужен будет список всех, кто сидел с вами за столиком. Надеюсь, у вас был только один дипломат?

– Двое, – вспомнил Яцунский, – посол и его советник. И еще – супруга посла. У них дипломатические паспорта. Значит, даже трое, с супругой посла.

– Остальные не дипломаты?

– Нет.

– Вы усложняете задачу полиции. Они не имеют права задерживать или допрашивать дипломатов. Нужно будет ночью искать их генерального консула. А кого сейчас можно найти ночью?

– Это ваше дело, – пожал плечами Иосиф Александрович, – нас беспокоит судьба супруги нашего друга.

Дверь открылась. Оттуда медленно вышли все четверо. Райхель, сохранявший невозмутимое и спокойное выражение лица. Абсолютно потрясенный и опустошенный посол, не скрывавший своих слез. Он снял очки и беспрерывно тер глаза. Давид вышел с белым лицом и, ничего не сказав, отошел в сторону. Только у Вероники был прежний цвет лица. И она изо всех сил пыталась сохранить хладнокровие, хотя это было ей почти не под силу. Исчезла ее прежняя уверенность, а в глазах появился настоящий страх.

– Его убили, – сказала она, обращаясь к Яцунскому, – перерезали горло. Он там так и лежит.

Тот нахмурился, тяжело вздохнул.

– Что нам делать? – спросил он у Бальтцера.

– Вернуться к себе за столик, – посоветовал тот, – а супругу погибшего можете пока доставить в их номер. Чтобы она немного пришла в себя. Боюсь, что ей предстоит долгая и бессонная ночь.

Яцунский повернулся, чтобы идти обратно на второй этаж.

– Кажется, мне нужно выпить, – признался посол.

– Мы все должны оставаться в отеле? – уточнил Фаркаш.

– Да, – ответил Бальтцер, – сейчас приедет полиция. Они уже выехали. Только прошу вас никому не сообщать никаких подробностей. С вашим другом случился сердечный приступ, и сейчас мы ждем приезда врачей. Не забывайте, что паника может оказаться гибельной для наших гостей.

– Мы все понимаем, – ответил посол, – можете не беспокоиться.

Они повернулись и пошли обратно. Веронику поддерживал под руку Фаркаш. Посол шел впереди, покачиваясь и спотыкаясь. Только Руслан сохранял некое подобие спокойствия. Когда они отошли, Бальтцер взглянул на стоявшего чуть в стороне Дронго.

– Вы были с ними? – спросил он по-немецки.

– Я не говорю по-немецки, – ответил Дронго.

Бальтцер повторил свой вопрос по-английски.

– Нет, – ответил Дронго.

– Тогда что вы здесь делаете? – разозлился менеджер.

– Я думал, что вам может понадобиться помощь. Дело в том, что я частный эксперт. Меня обычно называют Дронго.

Райхель нахмурился. Он что-то слышал о таком человеке, но Бальтцер не дал ему продумать эту мысль до конца.