Читаем Тайна Тамплиеров полностью

И вот, все явившиеся на зов атамана, минуя останки ворот, венчавших руины крепостной стены, оказывались в небольшом внутреннем дворе, где их встречали угрюмые слуги, размещавшие лошадей в просторных, ветхих конюшнях. Гости, поднимались на второй этаж, длинной постройки, фасад которой украшали бесформенные каменные глыбы, в коих с трудом угадывались уничтоженные неумолимым временем статуи с отбитыми головами. Все приглашенные, присоединяясь к ранее прибывшим, собрались в большем темном зале, с двумя рядами колон, поддерживавших низкие своды, закопченного потолка. На стенах, густо увешанных различным древним оружием, коптили с десяток факелов, обволакивая черным дымом старинную каменную кладку. Зал наполнился звоном шпор, бряцаньем оружия и гомоном человеческих голосов. Но вдруг, как будто по сигналу невидимого капельмейстера, все стихло. В тиши можно даже было услышать потрескивание пламени факелов. Маленькая дверца, прорубленная в стене, в далеком прошлом украшенной колоннадой, распахнулась, и оттуда появился отвратительный горбатый карлик. Длинные, прямые волосы закрывали его морщинистое лицо, ниспадая на узкие, корявые плечи. Он шел, переваливаясь как утка, с ноги на ногу, при этом выказывая определенную ловкость и энергичность. Платье, в которое был облачен горбун, было явно с чужого плеча. Потертый, выцветший камзол, стянутый ремнем, при всей своей мешковатости, был не в состоянии скрыть всей уродливости его жалкого торса. Длинная шпага, притороченная к ремню, нелепо свисала, волочась по полу. Горбун быстрым шагом добрался до массивного дубового кресла – похожего на трон, очевидно, принадлежавшего дворянскому роду, в далеком прошлом владевшему сей твердыней – усевшись в него, поставил обе ступни на бархатную подушку, не менее жалкого вида, чем всё прочее, находившееся в замке, и принялся с любопытством оглядывать присутствующих. В зале, по-прежнему, царила тишина. Все собравшиеся с почтением глазели на карлика. Обшарив окружающих, маленькими, скользкими глазками-буравчиками, он откинулся на спинку кресла и громким, скрипучим голосом произнес

– Ну, что вылупились, не узнали?

По залу пробежал тихий ропот.

– Зато, я узнаю всех вас… более того, вижу насквозь! Вы сейчас выглядите, как люди, которых повсеместно называют не иначе, как «господа». Шпаги и плащи, кричат о вашем нынешнем положении, заслуживающем уважения в кругах таких же отъявленных головорезов как и вы сами. И только я, папаша Кокош, знаю, из каких помоек я вас вытащил!

Горбун скукожился, словно ворон учуявший падаль, прошарив непрятным пронзительным взглядом, по рядам стоявших перед ним молодцов.

– Ты, Картобра,…

Ткнул он кривым пальцем, с длинным, грязным ногтем, в сторону рыжеволосого верзилы, с разорванными ноздрями.

– …помнишь, как тебя сослали на галеры, и как ты жрал собственное дерьмо, как валялся у меня в ногах?!

Рыжий потупив взор, едва слышно промямлил:

– Да, господин Кокош.

– А ты, Протти?

Не унимался Горбун.

– Ты помнишь как в Турине, тебе хотели переломать все кости на центральной площади?! Мне тогда пришлось выложить кругленькую сумму, чтобы вытащить твою чертову задницу из савойских тюрем! Ты, Совар, служил солдатом Его Величества, пока я тебя куском мяса, не нашел на амьенской дороге! Твоё истерзанное тело так обсели мухи, что я подумал – это труп собаки! Тебя, Дидье, хотели колесовать в Гренобле, пока не вмешался папаша Кокош! Вы все живы от того, что в ваши паршивые судьбы вмешался папаша Кокош!

Горбун оглядел присутствующих, долгим, испытывающим взглядом, как повелитель, вспоминая историю каждого стоящего перед ним человека. Призадумавшись о чем-то, он ненадолго прервался, доверительно, приглушенным голосом, продолжив :

– Так вот, коршуны мои, пришло моё время – наше время. Эти жирные павлины, там, в Париже, не могут поделить ни власти, ни земель, ни денег. Они желают поднять смуту, полагая таким способом разрешить все свои споры. Ха! Для этого им нужны, такие как мы – наша кровь и наши клинки! Что ж, пусть так. Но они даже не подозревают, что смута есть то время, когда наступает наш час! Главное – заручиться поддержкой какого-нибудь влиятельного парижского кошелька, и действовать, якобы, в его интересах, чтобы оправдать всё то, что мы станем чинить повсеместно. И такой, смею заверить, уже нашелся.

На лице горбуна воцарилась отвратительная усмешка.

– Чтобы не допустить до власти своих противников, эти вельможи готовы на все. Они дают нам право, резать, грабить и жечь от имени закона, от их имени, да ещё щедро платят за это! А нам только этого и нужно! Так, что отныне мы не банда разбойников, а союз «Кленовых листьев»! Дисциплина у нас в чести! Кто ослушается меня – смерть! Ну, а мы своё не упустим! Верьте мне, коршуны мои!

Возгласы одобрения потрясли мрачные своды замка.

– Мы с тобой Кокош! Веди нас!

ГЛАВА 2 (31) «Печальная весть»

ГАСКОНЬ. ГОРОД ТАРБ.