Читаем Тайна святых полностью

Не подвиги служителей верных, как угодничество Богу, причина явления духовных в церкви оземлянившейся, а только исключительно помощь Бога всей церкви, через этих людей, являющего Свою силу. Они могут и не иметь никаких особых подвигов аскетических и молитвенных, как не имели их духовные апостольских времен.

Все же дела избранников Божиих, как бы выделяющие их из среды других членов церкви: великая аскеза, молитвенное стояние, столпничество и проч. - это есть служение, им с совершенной ясностью (каждому свое) указанное Духом Святым: полезное или необходимое в то время, в какое они посылаются на служение в церковь.

Итак, формулируем: особые духовные подвиги в церкви Христовой совершают только избранники Божии по указанию от Духа Святого. Основным же положением является то, что никакими подвигами, выделяющимися из общеустановленных церковных, Богу угодить нельзя*. Напротив, можно отойти от Бога, впасть в лжедуховность. Приятие на себя, самочинно (без мановения Духа Святого) трудных подвигов есть отказ от креста в простоте. Крест выпадает на долю, его нельзя даже искать, как и Господь Иисус Христос и апостолы его не искали, а даже молились: “да мимо идет чаша сия”. Но, если крест дан, необходимо принять его в терпении.

* Вообще, понятие угождать не применимо к Богу, угождать можно человеку, а не Богу; Бога необходимо любить и потому слушаться Его.

Говоря о самочинных подвигах, не мешает вспомнить, что появление в церкви самых злых пророчеств (во времена послеапостольские) сопровождалось, именно, проповедью чрезвычайных аскетических трудов, умерщвления плоти, расторжения браков, обязательного раздела имуществ. Все это, конечно, для возбуждения экстатического состояния в народе: иначе, для состояния удобного вселению диавола в человека. Первым епископам второго века пришлось не мало бороться с этими несчастными для церкви течениями в народе.

Однако, впоследствии иерархическая церковь утратила ясное представление о том, что подвижничество не есть угодничество Богу, а только служение, указанное Духом Святым особым избранникам Божиим. Вследствие утраты истинного духовного сознания помрачалось понятие о спасении души.

Приводим для примера выдержку из печатных лекций в духовной академии, готовящей будущих пастырей: “в первые века Христианства путь спасения для христиан был очень прост и ясен. Гонения на христиан были часты. Стоило только жаждущему спасения выйти на площадь и объявить себя христианином, чтобы подвергнуться мукам. Подвиг спасения был очевиден и венец царствия небесного достигался скоро”. (Ф. А. Тернавский “Греко-восточная церковь”, Киев, 1883).

Такого рода мысли о христианском спасении можно принять почти за насмешку над духом христианства. А между тем они очень распространены, почти типичны для современного церковного сознания. Возможны они только при полной утрате понятия о цели христианской жизни (на что и указал Св. Серафим Саровский Мотовилову: “вы ко многим великим духовным особам обращались, и никто не сказал вам, в чем цель христианской жизни” ) .

Мученичество (как и подвижничество) есть служение особо указанное Духом Святым данному человеку. Так Игнатий Богоносец чувствовал желание быть растерзанным дикими зверями на арене цирка. Но мученичество, как соискание скорого спасения души, отнюдь не есть путь для каждого христианина. Никто из святых периода гонений не искал мученичества, а только принимал, как крест. Например, Св. еп. Киприан удалился в безопасное место и оттуда управлял епархией (в следующее гонение он был казнен). Типична также легенда об ап. Петре: он уходил из Рима, спасаясь от гонений. Но ему было видение Христа с указанием принять крест, и он вернулся в Рим чтобы пострадать. Мученики и мученицы объявлявшие себя христианами, делали это во славу Христа, а не для того, чтобы казнью скорее спасти душу.

Жизнь христианина священна, искать смерти, как венца противоречит духу Божию. Страдания принимаются - крест, - но не самочинно налагаются на себя (языческое умилостивление богов).

Христианство знает только одну драгоценную Христову истину: сердце сострадающее, милующее, любящее (милости хочу, а не жертвы).

Среди страшных всеобщих падений сердца Христовы продолжают гореть никому неведомые и как бы бессильные. И они есть залог всеобщего спасения и восстановления добра. Ибо никогда не хотят спастись одни, а только со всеми вместе (Римл. 9, 3). О спасении всех бесскончаемо вопиют к Богу.

Только эти сердца знаменуют, что церковь христианская на земле не погибла и никогда не погибнет. Напротив, вернется к совершенству.