Читаем Тайна святых полностью

Апостол даже прямо указывает на реальные последствия недостойного отношения к “вкушению Вечери Господней”: от того многие из вас бедны и не мало умирают” (это последнее свидетельствует о силе благодати того времени, т. е. чрезвычайной близости к Богу: они как бы обжигаются огне присутствия Божия).

Из всех посланий Ап. Павла только в 1-ом Коринфянам сделано замечание на неправильное понимание вкушения трапезы Господней, и виновные, получив апостольское наставление, тотчас покаялись, с великим плачем, как сказано во втором послании к Коринфянам. Очевидно, в эти времена во всех церквах понимали серьезность совершающегося (иначе как могло бы быть столь великое излияние даров Духа Святого на собраниях)*.

* Конечно, бывали изредка случаи, о которых сообщает Ап Иуда (Посл. 4,12), “Нечестивые вкрались к вам и обращают благодать Бога в повод к распутству и потому бывают соблазном на ваших вечерях любви, пиршествуя с вами, без страха утучняют себя”. Впоследствии, когда с такими трудно стало бороться, вечери любви были прекращены.

В Учении ХII Апостолов сказано, как правило: “собираясь вместе и преломляя хлеб с благодарением исповедуйте наперед прегрешения ваши, дабы была чиста ваша жертва Богу”.

Это соединение со Христом через Евхаристию было великим и радостным событием каждой вечери любви.

Представим себе еще раз, что это соединение не было богослужением в храме - заранее известным ритуалом - это было живое общение, все сидели рядом друг с другом, не занятые строгим порядком обычных молитв и действий священнослужителей, а как бы непосредственно погруженные умом и сердцем в тайну совершавшегося.

Тело и кровь Христа соединяли всех любовью к Богу и к ближним. Сердца были полны славословия и благодарения. Причащавшиеся в восторженном умилении созерцали друг друга, и руки как бы сами простирались к объятиям святым. Приветствуйте друг друга лобзанием святым, восклицает Апостол.

Ища, чем проявить любовь свою, все спешили служить друг другу дарами Духа Святого, кто какой имел. Собрание горело многорадужным духовным огнем.

Тут были имевшие дар веры, раскрывавшие ближним тайны своих созерцаний. “Дар веры, по изъяснению св. Иоанна 3лат., не есть вера в догматы, но вера, чудодейственная, о которой Христос говорит: “К то имеет веру с горчичное зерно и скажет горе сей: перейди отсюда туда, и она перейдет; и ничего не будет невозможно для него, - “Дар такой веры - мать чудотворений”. Переживания чудного состояния имевшего этот дар удостаивались и все бывшие на вечери, ибо дароносец благодать свою мог сообщить и другим.

Восхищенные в невидимый мир вовлекали в созерцание своих видений и всю братию.

Апостол Павел советовал просить о даровании даров, в особенности же, чтобы пророчествовать. Дар пророчества он считал наиболее полезным для церкви. Что это был за дар? Это была благодатная способность узнавать сокровенное в человеке, созерцать тайны совести.

Вероятно, нечто подобное нашему старчеству.

Апостол так изображает действие этого дара: “если войдет в собрание пророчествующих неверующий или незнающий, то он всеми обличается, всеми судится. И таким образом обнаруживаются Тайны его сердца и он падет ниц, поклонится Богу и скажет: “истинно с вами Бог”.

Вспомним Нафанаила, которому Господь Иисус не встречая его прежде, раскрыл тайну его характера, и Нафанаил, потрясенный ведением Иисуса, воскликнул: “Учитель Ты Сын Божий, Ты Царь Израилев”. Конечно дар этот возможен при Христовой любви, друг к другу. Для нас, любящих судить недостатки ближних, он немыслим.

У некоторых членов общины вдруг являлась способность говорить на каком-нибудь иностранном языке (как поясняет св. Иоанн Златоуст, говорили на эфиопском, на индийском, на египетском и др. языках), при чем одни только сами понимали, что говорят, а перевести другим не могли, но были и такие, которые сами понимали и другим толковали. На вечерях любви получивший дар языка тоже хотел утешить братию Божиим чудом, явленным ему. Ап. Павел, хотя и советует говорящему на иностранном языке молиться о даре истолкования, чтобы все в церкви могли разуметь незнакомую речь, однако, он просит ни в коем случае не запрещать говорить и языками - чудесному явлению Божией силы.

Много и еще тогда совершалось великих Божиих дел. Каково было душевное состояние участников вечери любви при обилии знамений и чудес Духа Святого?

Наша современность почти не знает о великой благодати. Чувство чудесного знакомо нам, большей частью, в его самом ничтожном и отрицательном переживании. Вспомним, какое впечатление производят рассказы очевидцев сверхъестественных явлении на спиритических сеансах, где действуют мельчайшие из нечистых духов: некоторые из нас не верят: кто верит, испытывает в душе отблеск зловещего и мрачного неведомого мира. Все чудеса магии будят страх, так как лишают человека уверенности в естественных законах космоса.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Exemplar
Exemplar

Генрих Сузо (1295/1297—1366) — воспитанник, последователь, апологет, но отчасти и критик своего учителя Майстера Экхарта (произведения которого уже вышли в серии «Литературные памятники»), суровый аскет, пламенный экстатик, проповедник и духовник женских монастырей, приобретший широкую известность у отечественного читателя как один из главных персонажей знаменитой книги И. Хёйзинги «Осень Средневековья», входит, наряду со своим кёльнским наставником Экхартом и другом Иоанном Таулером (сочинения которого еще ждут своего академического представления российской аудитории), в тройку великих мистиков позднесредневековой Германии и родоначальников ее философии. Неоплатоновская теология Экхарта в редакции Г. Сузо вплотную приблизилась к богословию византийских паламитов XIV в. и составила его западноевропейский аналог. Вот почему творчество констанцского харизматика несомненно окажется востребованным отечественной религиозной мыслью, воспитанной на трудах В. Лосского и прот. И. Мейендорфа, а его искания в контексте поиска современных форм духовной жизни, не причастных церковному официозу и альтернативных ему, будут восприняты как свежие и актуальные.Творения Г. Сузо не могут оставить равнодушными и в другом отношении. Прежде всего это автобиография нашего героя — «Vita», первая в немецкой литературе, представляющая собой подлинную энциклопедию жизни средневековой Германии: кровавая, откровенно изуверская аскеза, радикальные способы «подражания Христу» (умерщвление плоти, самобичевание) и экстатические созерцания; простонародные обычаи, празднества, чумные эпидемии, поклонение мощам и вера в чудеса, принимающие форму массового ажиотажа; предметная культура того времени и сцены повседневного быта социальных сословий — вся эта исполненная страстей и интеллектуальных борений картина открывается российскому читателю во всей ее многоплановости и противоречивости. Здесь и история монастырской жизни, и захватывающие катехизаторские путешествия Служителя — литературного образа Г. Сузо, — попадающего в руки разбойников либо в гущу разъяренной, скорой на расправу толпы, тонущего в бурных водах Рейна, оклеветанного ближайшими духовными чадами и преследуемого феодалами, поклявшимися предать его смертельной расправе.Издание включает в себя все немецкоязычные сочинения Г. Сузо — как вошедшие, так и не вошедшие в подготовленный им авторский сборник — «Exemplar». К первой группе относятся автобиография «Vita», «Книжица Вечной Премудрости», написанная в традициях духовного диалога, «Книжица Истины» — сумма и апология экхартовского богословия, и «Книжица писем» — своего рода эпистолярный компендиум. Вторую группу составляют «Большая книга писем», адресованных разным лицам и впоследствии собранных духовной дочерью Г. Сузо доминиканкой Э. Штагель, четыре проповеди, авторство двух из которых считается окончательно не установленным, а также медитативный трактат Псевдо-Сузо «Книжица Любви». Единственное латинское произведение констанцского мистика, «Часослов Премудрости», представлено рядом параллельных мест (всего более 120) к «Книжице Вечной Премудрости» — краткой редакции этого часослова, включенной в «Exemplar». Перевод сопровожден развернутыми примечаниями и двумя статьями, посвященными как творчеству Г. Сузо в целом, так и его «Часослову Премудрости» в частности.

Генрих Сузо

Религия, религиозная литература