Читаем Тайна мастера полностью

— Да, именно там я вас видел, — обрадовано произнес Штайнер. — И тем не менее я не могу избавиться от мысли, будто бы я видел вас, где-то еще.

— А я вас помню. Вы интересовались немецкой литературой, но, к сожалению, кроме томика Гете, у нас ничего не нашлось, — произнесла девушка.

Ее нежный голос и целеустремленный взгляд привлекли внимание Генриха. Она в упор смотрела на него, отчего ему стало неловко. Ее взгляд обезоруживал его, он чувствовал себя перед ней словно голый беспомощный младенец. Все замолчали. Напряжение нарастало. Хозяйка оглядела обоих и, чтобы несколько смягчить обстановку, обратившись к Штайнеру, спросила:

— Чем вы думаете заниматься сегодня вечером?

— Еще не решил, — ответил Генрих.

— Тогда у меня есть предложение — после ужина поиграть в карты, а ужин мы сейчас с Матильдой быстро приготовим. — И, обращаясь к племяннице, хозяйка спросила: — Правда, Матильда?

— Разумеется, тетя, — отреагировала она.

— Я согласен, — ответил Генрих.

Он пошел следом за ними к дому. Впереди шла Матильда. Его обоняние чутко уловило запах волнительных духов, исходивших от нее. Красивая, стройная фигура девушки впечатляла. Волна возбужденного чувства накатила на Генриха. Но на душе у него было странное ощущение. Он еще не понимал истинного его значения. Лишь предчувствовал, что за внешней ее доброжелательностью кроется какая-то напряженность. По мере осознания внезапно возникшего открытия к нему пришло чувство тревоги. Он вспомнил последние события и предупреждения Ждановича: «Необходимо быть бдительным!» Противопоставив понятие «бдительность» этой белокурой девушке, он усмехнулся своей чрезмерной подозрительности.

«Если всех подряд подозревать и даже в этой милой девушке видеть врага, то можно просто сойти с ума», — подумал он.

Генрих усмехнулся, отбросил прочь надуманные и необоснованные подозрения и следом за девушкой вошел в дом. Ужин был очень вкусный и всем понравился. Домашнее вино, которым угостила хозяйка, было хмельным, что позволило всем расслабиться и снять напряжение, возникшее между Генрихом и Матильдой в начале знакомства. Начатая игра в карты не удалась потому, что из вежливости друг к другу никто не хотел обидеть противника, а поэтому играли просто в поддавки. Время шло, а на улице уже смеркалось. Матильда засобиралась домой. Генрих вызвался проводить.

Молодые люди вышли из дома и пошли по улице. Яркое полнолуние и звезды, рассыпанные по всему небосводу, освещали им дорогу. На улице было тихо, лишь изредка слышался лай собак, которые отдаленно из разных дворов ненавязчиво перекликались друг с другом. Они шли молча, и каждый думал о своем. Первой молчание нарушила она:

— Генрих, вам нравится летать?

— Разумеется, — ответил он и продолжил: — Я бы сказал, без этого я не вижу смысла жизни.

— Неужели, кроме самолетов, вас больше ничего-то не волнует? Ведь в жизни столько всего интересного.

— Ну почему же, в жизни меня многое интересует, но авиация — это особый случай. Освоение современного истребителя — мечта каждого пилота, и я один из них. В воздушном бою за кем окажется превосходство в маневренности, скорости и высоте, конечно же, не исключая бортовое вооружение, тот займет господствующее положение в воздухе. А это, любезная Матильда, уже напрямую связано с обороноспособностью страны.

— Вы просто патриот. Если бы у меня был такой надежный защитник, я бы могла им гордиться. Будьте моим другом?

Генрих смутился. Восторженное высказывание этой удивительной девушки его впечатлило, и, немного подумав, он произнес:

— Я хочу вас разочаровать, любезная Матильда: у меня есть невеста.

— Ну и пусть, я в жены вам не набиваюсь. Речь идет лишь о дружбе, о настоящей дружбе.

— Но простите меня, или я чего-то не понимаю. Мне казалось, что дружба возможна только между мужчинами либо между женщинами. Но дружбы между девушкой и мужчиной не бывает, потому что такая дружба может перерасти во что-то другое.

— А вот и неправда. Дружба между девушкой и мужчиной существует. Я знаю это точно.

И, чтобы сделать что-нибудь приятное этой милой девушке, Генрих, улыбнувшись, промолвил:

— Ну, тогда я клянусь вам в своей вечной дружбе.

Внезапно лицо девушки приняло строгое выражение, и она сказала:

— Клятва — это процедура ответственная. Существуют люди, у которых нарушение клятвы карается смертью. Поэтому к его значению нужно относиться очень серьезно.

Генрих в недоумении смотрел на девушку, соображая, как воспринимать ее реплику, и невольно изрек:

— Думаю, в своей библиотеке вы читаете много книжек на эту тему. Клятва и смерть как понятия существовали давно, а сейчас их можно встретить лишь в любовных романах. Выбросьте из головы эту ерунду.

Матильда вдруг рассмеялась и вбежала в калитку. Уже с крыльца дома она выкрикнула:

— Я вам тоже клянусь!