Читаем Тайна Ла-Манша полностью

Я предпринял все, что полагается, и все, что было в моих силах. Словесный портрет был разослан по всей Франции, я облазил все парижские вокзалы. Бесполезно. Поставил на уши полицию во всех портах, и не только во французских, но еще и в Бельгии, и в Голландии. Ничего. Этот твой бухгалтер точно в воду канул.

В конце концов я вернулся в Булонь. Конечно, этот мифический пока билет не ахти какая улика, но его отсутствие наводило на мысль, что именно в Булони наш друг стал запутывать следы. И я решил, что тут нужно прочесать все более основательно.

Я опросил всех служащих при Морском вокзале, но потом меня вдруг осенило: есть ведь еще и поезда! Причем прибывающие специально к приходу парохода, они останавливаются в Булоньвилле, во всяком случае у того, что привязан к интересующему нас рейсу, там точно была остановка. Конечно, нормальный человек ради нескольких остановок не потащится на поезд, идущий в Париж. Нормальный человек сядет тут же, на пристани, на водный трамвайчик и намного быстрее доберется до Булоньвилля, по прямой. Но мы-то имеем дело с пассажиром совершенно особым. В общем, я решил снова наведаться на эту станцию. И представь, мне удалось кое-что разузнать.

— Неужели? — Френч навострил уши.

— Абсолютно случайно. Можно сказать, наконец-то повезло. На платформе, куда как раз подошел поезд на Париж, дежурил уже знакомый мне кондуктор. Разумеется, поезд этот дожидались несколько местных жителей, ради них он и делает тут остановку, а не ради пассажиров с парохода. Когда я разговаривал с кондуктором в первый раз, он заявил, что никто тут у них не высаживался. Так вот представь. После нашей беседы он еще раз хорошенько все обдумал и вспомнил, что один человек все-таки вышел. А вспомнив это, вспомнил и что это был за человек. Англичанин. И билет у него был от Лондона до Парижа. В оба конца, англичанин этот объяснил, что ему нужно навестить одного знакомого, но он этим же вечером уедет в Париж, но на более позднем поезде. Кондуктор стал его описывать. Ну, думаю, точно Эсдейл. Показал фотографию, да, говорит, это и есть тот англичанин. Я спросил, как ему удалось так хорошо запомнить того пассажира? Кондуктор ответил, что просто тот чудак очень его удивил. Тем, что решил поехать на поезде. Ведь там же на quais[47] можно было сесть на водный трамвай и добраться до их городка гораздо быстрее. Его слова лишь подтвердили справедливость моих подозрений.

— А он ничего не оставлял в камере хранения, никаких чемоданов? — поинтересовался Френч.

— Не оставлял. У него с собой был только портфель, очень компактный. Его он в камеру хранения не сдавал, ни на железнодорожной станции, ни на пристани. Ну наконец хоть что-то, порадовался я. Если он действительно сошел с поезда, куда же его потом понесло? Сел я на скамеечку и стал думать.

— В какое-нибудь укромное местечко, где можно выпить темного пива?

— Ты, я чувствую, именно это и сделал бы. В последнее время ты у нас стал заядлым путешественником, почти всю Францию объездил. Я решил от тебя не отставать. В Булони тоже есть очень недурственные места для нашей нелегкой работы. И вот сижу я себе, потягиваю из кружки темное пиво, и думаю: куда же Эсдейл мог потом отправиться? Ничего путного долго не приходило в голову. Но потом, как ты, наверное, уже догадался, меня опять осенило. Я готов был сам себе врезать по физиономии за то, что не сообразил раньше. И как ты думаешь, куда он подевался?

— Вернулся в Англию?

— Целься точнее, старый греховодник. Ты немного промазал.

Френч хлопнул себя по ляжкам.

— О господи, Уиллис! На «Нимфу»!

— Да, именно об этом я и подумал. Но рано пока предаваться ликованию. Доказательств-то нет. Вот какая штука.

Френч тем не менее сразу ухватился за идею Уиллиса.

— Доказательств я тебе приведу сколько угодно! — воскликнул он. — Он подходит по всем параметрам. Кто убил Моксона и Дипинга? Кто уплыл потом на лодке? Кто прихватил деньги? Разумеется, тот, кто присутствовал на борту «Нимфы». Кто был осведомлен о побеге и, стало быть, имел возможность совершить убийства? Только Эсдейл. Если мы сумеем доказать, что он вернулся в Англию, зачем он туда вернулся, будет ясно и так.

— Ну-ну, попробуй убедить в этом присяжных. Впрочем, пока нам рановато думать о присяжных, ты согласен? Позволь мне все же высказаться до конца.

Если выехать из Лондона в два часа, в Булонь попадешь около пяти, то есть около семнадцати. Обратным же рейсом, уже из Парижа, поезд, соответственно, тоже прибывает в Булонь. Пароход из Булони отходит в девятнадцать десять и до Фолкстона добирается примерно в половине девятого. Эсдейл мог запросто доплыть этим пароходом до Фолкстона, где-нибудь затаиться и через шесть часов пробраться на «Нимфу».