Читаем Тайна Ла-Манша полностью

Еще два сиплых свистка потревожили любителей солнечных ванн, а несколько самых энергичных даже подошли к бортовому поручню, чтобы посмотреть, из-за чего был устроен целый концерт из сигналов.

Однако повторные свирепые свистки не произвели на яхту ни малейшего впечатления. Лежащий неподвижно человек даже не пошевельнулся, а на палубу больше никто не поднялся. Теперь в миниатюрной рубке можно было разглядеть надраенный до блеска медный штурвал, но рулевого там не было.

— А пятно и правда кровавое, вернее верного, — сказал Хандз. — Рана у парня, видимо, очень серьезная, больно много натекло.

Яхта была теперь рядом. Сильные линзы бинокля приближали ее почти вплотную, словно она находилась всего в нескольких ярдах от парохода.

— Да, действительно кровь, — подтвердил капитан, снова приложив к глазам бинокль. — Черт бы побрал эту яхту, значит, придется делать остановку. Может, этот бедняга еще жив, в любом случае нельзя ее тут оставлять, еще протаранит кому-нибудь нос. Распорядитесь, мистер Хандз.

Пока старпом отзванивал команду «Стоп!», а чуть позже, через несколько секунд, «Полный назад!», капитан повернулся к стоящему поблизости матросу.

— Скажите мистеру Макинтошу, что я хочу его видеть, немедленно. А старший стюард пусть поищет среди пассажиров врача, и его тоже к нам сюда, живо.

Какое-то время на судне царила суматоха. Снова свистки, звон колоколов, беготня то тут, то там матросов и стюардов. Легкая продолжительная дрожь прокатилась по туловищу парохода, как будто тревожная суета людей передалась вниз, двигателям. Из защищенных клапанами труб со страшным ревом вырвался пар. Матросы, вежливо оттесняя самых любопытных, ринулись к правому борту, к шлюпкам, и вскоре уже разматывались тросы, выбивались клинья, с немыслимой скоростью был сорван чехол с одной из них, убраны тормозные колодки. И вот уже, чуть покачиваясь, нависла над водой шлюпбалка с шлюпкой, укомплектованной гребцами.

На этот раз пассажиры все до одного, точнее до одной, вскочили и сгрудились у поручней в ожидании развлечения. Приглушенные голоса постепенно утихали, смешки замирали, подошедшие позже напирали, пытаясь разузнать в чем дело у тех, кому удалось прорваться в первые ряды. Все выуживали из сумок очки и фотоаппараты, приготовившись к душераздирающему зрелищу. Как только яхта со зловещей ношей попала в поле зрения наблюдающих, все зашикали друг на друга, и повисла тишина, полная благоговейного страха перед неведомой трагедией.

Было в этом происшествии нечто чрезвычайно драматичное, тревожившее воображение именно своей обыденностью. Эта щегольская яхта, сверкающая нарядной медью и свежей белизной, с ярким флагом яхт-клуба на корме, безусловно была исключительно средством развлечения, игрушкой какого-то богача. На таком роскошном кораблике все трагедии и житейские беды казались особенно неуместными. Однако в данный момент именно они господствовали на его борту. На этой чистенькой палубе должны были бы звучать смех хорошеньких женщин и голоса безупречно элегантных мужчин, но там было пусто. На всем обширном ее пространстве находилась лишь скрюченная фигура лежащего и это кошмарное отвратительное пятно.

Офицерам экипажа предаваться подобным философским размышлениям было некогда. Они, выполняя приказ капитана, старались действовать слаженно и быстро. После недолгих расспросов в курительном салоне был обнаружен врач, который тут же отправился на капитанский мостик в сопровождении второго помощника, мистера Макинтоша.

— Доктор Оутс? — обратился к нему капитан. — Весьма признателен вам за то, что согласились нас выручить. Мистер Макинтош, я бы хотел, чтобы вы поднялись на борт яхты и выяснили ситуацию. Если тот человек жив, переправьте его вместе с доктором на пароход. Если нет, пусть там и остается. Если окажется, что на яхте больше никого нет, возьмите наших двух людей и отведите ее в Нью-Хейвен. Прихватите с собой мегафон, чтобы сообщить мне оттуда как и что. В случае необходимости я пришлю вам подмогу из Дьеппа. И ради бога, не теряйте ни минуты. Мы и так уже опаздываем.

Через пару минут шлюпка была спущена на воду, отданы швартовы, и мистер Макинтош со своими подопечными направился к цели, преодолевая легкие волны.

— Поднажмите, ребятки, — подбодрил он гребцов, и громада «Чичестера» начала медленно отдаляться.

— В первый раз, знаете ли, вижу, чтобы судно болталось посреди Канала, не добравшись до берега, — заметил доктор Оутс, когда они отплыли немного дальше.

— Да, на моей памяти такое ЧП было только однажды, — продолжил эту волнующую тему мистер Макинтош. — Я про «Джозефину». О ней тогда писали в газетах. Читали? Это гр-р-рузовая посудина, по восемьсот тонн возила из Гримсби в Гавр — масла и краски. Такой был тарар-р-рам! Дым был виден с расстояния в десять миль. Это было похоже на извержение вулкана, да-а…

— И сгорела?

— «Джозефина»-то? Думаю, дотла. Никогда не видел такого пожарища. Огромные языки пламени, высотой в милю, не меньше. Это была кар-р-ртина, можете мне поверить.

— Были погибшие?