Читаем Тайна гибели адвоката полностью

Желая присмотреться к новому знакомому, Вахрамеев, назначил Петровского сначала своим советником, а через три месяца – первым заместителем. Он вводил Петровского в курс дел и готовил его к должности генерального директора, поскольку тот проявил себя опытным руководителем и лояльным Вахрамееву сотрудником.

Однако спустя небольшое время после их назначения, Билык и Петровский, которым Вахрамеев до этого расписывал радужные перспективы своей компании, стали понимать, что это не совсем так. Проще говоря, компания должна была вот-вот обанкротиться. Новых заказов не поступало, а задолженность по налогам и зарплатам трудовому коллективу была около двух миллиардов рублей и росла с каждым днем. Но, самое главное, никто не знал, куда подевались огромные суммы, перечисленные компании ранее по действующим договорам строительного подряда.

Когда Вахрамеев стал сенатором, он был уволен со своей должности, а исполняющим обязанности генерального директора стал Петровский, который пробыл в этой должности чуть меньше двух месяцев. После его ухода кредиторами была запущена процедура банкротства компании.

Номинальными акционерами «Строительных перспектив» являлись жена Вахрамеева – Марина и некий Антон Песков. Вахрамеева владела 85 % акций, а Песков оставшимися.

Когда компания перешла под внешнее управление, по фактам невыплаты зарплат и уклонения от уплаты налогов было возбуждено уголовное дело.

Однако привлечь Петровского в качестве обвиняемого не удавалось, поскольку для этого требовалось, чтобы тот управлял компанией минимум два месяца. Для того же, чтобы сделать обвиняемым Вахрамеева нужно было, помимо прочего, получить на него показания Петровского. И только потом выходить на руководство верхней палаты Федерального Собрания с ходатайством о снятии с Вахрамеева неприкосновенности.

Прошлой зимой Большаков в качестве адвоката Петровского и Билыка участвовал в их допросах и получить показания этих свидетелей на Вахрамеева следствию не удалось.

А три недели назад Петровского снова вызвали на допрос, и Билык (поскольку он был другом адвоката) снова обратился к Семену Ильичу.

– Скажите, – когда Константин закончил, спросил у него Серафим, – а Большаков по этому делу участвовал только в допросах вас и Петровского?

Его собеседник задумался. Внезапно его лицо просветлело, он что-то вспомнил.

– А вы знаете, нет. Я только что вспомнил, что кроме нас, Семен ходил на допрос и с Мариной Вахрамеевой.

Это было важной информацией.

– Следовательно, у Большакова могли иметься ее контакты, – не спрашивая, а скорее утверждая, задумчиво проговорил Мирутин. – А с самим Вахрамеевым Большаков знаком был?

– Разумеется, – ответил Билык. – Семен оказывал нам юридическую помощь, когда компания еще была жива. И даже, насколько я помню, участвовал по одному гражданскому делу в суде, представляя Вахрамеева по его личному вопросу.

– Интересно, – погружаясь в свои мысли пробормотал сыщик и аккуратно внес полученную информацию в блокнот.