Читаем Тайна Чаши полностью

— Очень разумное объяснение, — заметил мистер Кемпион, откладывая газету в сторону. — Помяните мое слово, Валь, мы оглянуться не успеем, как старина Праудфут станет сержантом. И правильно.

Он лежал в шезлонге, закинув руки за голову, а рядом в таких же шезлонгах под высокими деревьями на краю поляны расположились Пенни, Бет и Валь. Утро стояло солнечное, и молодые люди отдыхали от приключений последних недель, выпавших на их долю.

Валь изменился за последние дни, словно в полной мере ощутил груз перешедшей к нему ответственности за семейную реликвию. Пенни сказала, что он стал взрослым. Она и Бет были совершенно счастливы. Как две шаловливые школьницы, они подставляли солнышку, пробивавшемуся сквозь листву, обнаженные руки и ноги.

Реальные следы прошедшей битвы были только у мистера Кемпиона. На его лице еще не зажили удары, нанесенные хлыстом миссис Дик, но если не считать этого, выглядел он еще глупее, чем обычно.

— Насчет цыган они тоже не ошиблись, — сказала Пенни, просмотрев поднятую с земли газету. — «Очевидно, что нападение на дом миссис Шэннон было предпринято обитателями кибиток, которые, не испрашивая ни у кого позволения, довольно долго оставались в Хиронхоу-хит. С тех пор они успели исчезнуть. Раненые доставлены в полицейский участок». Я думаю, Альберт, это все ваши происки. Ах, как здорово, что все уже в прошлом! — Она набрала полную грудь воздуха. — Гораздо приятнее вспоминать об этом как о кошмаре, в котором вы сыграли роль героя.

— Кролика, — с чувством произнес мистер Кемпион. — Героем был профессор. Лагг рисует потрясающее поздравление, которое мы собираемся ему вручить. Оно будет начинаться так: «Глубокоуважаемый профессор. Сэр…» А дальше будут все длинные слова, которые когда-либо слышал хоть один подсудимый. Несправедливость. Деградация. Немыслимая Жестокость. Ну, конечно, ему придется придумать антонимы. Такого документа ни у кого нет и не будет. Возможно, профессор подарит вам копию на свадьбу.

И он подмигнул державшимся за руки Валю и Бет. Они улыбнулись друг другу, а мистер Кемпион продолжал:

— Если бы не профессор, мистеру Альберту Кемпиону, несомненно, пришлось бы играть другую роль, и тогда какой-нибудь злой коронер произнес бы прочувственную речь, как нехорошо держать в конюшнях обезумевших животных. Профессор — «свой парень», как говаривали в нашем легионе. Кстати, а как ваши папы между собой?

— Прекрасно, — ответила Пенни. — Я видела прелестную картинку, когда проходила мимо библиотеки. Знаете, они удалились туда, чтобы обсудить какие-то археологические тайны. Так вот, когда я там шла, они сидели в креслах, придвинутых к открытому окну, и дымок от их сигар колечками поднимался вверх. Папа был погружен в чтение «Нью-Йоркера» с красоткой на обложке, а профессор читал «Панч». Умилительная картинка.

— Дружеское рукопожатие через океан, — сказал Кемпион. — Кажется, я уже почти слышу звяканье серебряных колокольчиков.

Бет засмеялась.

— Они довольно забавно объяснились друг с другом по поводу цыган и faux pas[6] тети Ди.

— Знаю, знаю, — воскликнула Пенни. — «Мой дорогой сэр!» «Ерунда! Мой дорогой сэр!» «Приглашаю вас пострелять куропаток!» «Чепуха! Приходите, я подарю вам розы». Теперь мы все дружим, и из нас получились замечательные соседи, правда? Знаете, у меня в первый раз появилось ощущение, что такое прекрасное лето дается для счастья. Кстати, Альберт, когда вы успели обо всем договориться с вашей толстой подругой, миссис Сарой? Вчера ночью перед тем, как заснуть, я только об этом и думала.

— Какая вы непочтительная! Вот она заколдует вас за это! — возмутился мистер Кемпион. — К тому же, вам все известно. Я нанес визит даме накануне того дня, когда обнаружил любопытную болезнь у Лагга. Естественно, мы с ней встречались и прежде. Я предвидел, что мне рано или поздно может понадобиться помощь, вот и попросил ее побродить неподалеку. Когда мистер Сэндерсон поселился в Хиронхоу мне пришло в голову, что пустошь очень удачно расположена. Когда я намекнул на это миссис Саре, она тотчас поняла, куда послать мальчиков.

— Вы знали о миссис Дик? — спросил Валь. — С самого начала знали?

— И да, и нет, — ответил Кемпион. — Я не исключал ее участия в этом деле, но чтобы она одна за него отвечала — такое мне и в голову не приходило. Миссис Манси почти убедила меня, но все равно прежде, чем отправиться к миссис Дик, я везде навел справки. Увы! Она была по уши в долгах, да еще против нее ополчился Клуб держателей конюшен. Я позвонил собственному эксперту по скачкам, но нас разъединили задолго до того, как он закончил доклад. Мужественная женщина.

Валь в изумлении уставился на него.

— Вам она как будто понравилась?

— Она умела вызывать восхищение, — подтвердил мистер Кемпион, поглаживая лицо. — Вот спросите меня, и я, право, не знаю, кого выбрать — ее или ее кобылу. Они обе были порочны, обе внушали ужас, и обе были — да-да! — Личностями.

— А мне она никогда не нравилась, — поморщился Валь. — Кстати, я так и не понял, зачем она натравила миссис Манси на тетю Ди. Какой в этом смысл?

Мистер Кемпион задумался.