Открыл глаза и увидел, как мимо нас проплыл образ странного существа, больше всего похожего на плоскую медузу, проглотившую сотни миниатюрных противокорабельных мин. И некоторые из них уже взорвались, заставляя плоть медузы покрыться буграми и наростами. Щупальца у этой медузы были совсем короткими и больше походили на человеческие пальцы, без ногтей и всего с одним суставом ближе к концу.

Но это существо точно не было материальным, как и не было проекцией типа Геи и профессора Гамильтона. Это был астральный отголосок, отделившийся от слуги, когда он слишком сильно приложился об ворота храма и получил от них отпор.

Астральная память существа, поглощённого слугой, извратившим его истинную суть. За первой медузой появились ещё две, а затем и новые отголоски причудливых созданий, не похожих вообще ни на что, что может существовать в нашей вселенной.

— Вот же дрянь! — брезгливо произнесла Немезида, когда прямо сквозь неё пролетел сгусток чего-то отвратительного и оставил на броне склизкие потёки.

— Не трогай, — остановил я девушку. — Оно безвредно для звёздной стали и смертельно опасно для живой материи. Рэм, не вздумай принимать свою истинную форму и снимать доспех. Пока вы находитесь в доспехе, вам ничего не угрожает. Оставайтесь здесь и не приближайтесь. Вашей задачей будет сдерживать всё материальное, что попытается выбраться отсюда. А судя по тому, что я ощущаю, это будет охренеть как много всего. Используйте техники, содержащие в себе Та’ар. Они гарантированно остановят материальные объекты, а на нематериальные не обращайте внимания. Они опасны только этой слизью.

Замер на пару мгновений и создал трёх совершенно новых конструктов, которые помогут Зиде и Рэму бороться со слизью. Использовал для этого Технику Сотворения и осознал это только после появления конструктов с длинными хоботами, предназначенными для создания кислоты, безвредной для звёздной стали, но прекрасно уничтожающей слизь. Инфополе предоставило мне состав этой дряни и способы её нейтрализовать.

— Не выпускайте никого, а я пойду поздороваюсь с тем, кто решил сойти с пути, указанного та’ар’арриелаинт.

Рэм ничего не ответил. А Немезида едва слышно шепнула:

— Вернись.

И никто не обратил внимания на то, что я произнёс истинное название та’арцев — Творец, что идёт рядом со смертью.

<p>Глава 9</p>

Мимо пролетело сразу несколько медуз, на которых я не обратил внимания. С ними разберутся Немезида и Рэм, я же врубил ускорение и преодолел последнюю преграду на пути к воротам храма, возле которых стоял хранитель, оказавшись в довольно просторной искусственной пещере.

Больше всего он был похож на трещину в пространстве, из которой вылезали не только медузы, но и другие создания, некогда поглощённые этой сущностью. Уже давно не хранитель и не слуга цивилизации творцов, а именно сущность, которая поглощает любую жизнь на своём пути. Не просто поглощает, а делает её своей частью.

Чем-то это было похоже на способ, которым делал себя сильнее Боб Харрингтон, только масштабы куда больше, и поглощаемые существа не становились частью хранителя, делая его сильнее. Они оставались в нём в своём первоначальном обличье, начинали разлагаться и прочие прелести смерти для органических форм жизни.

Хотя внутри слуги были и другие формы жизни, не только органика, но они не давали подобного эффекта.

Если бы я не внедрил Технику Сотворения, то даже не смог бы увидеть хранителя. А вот сейчас я его не только видел, но и мог применить к нему технику. Правда, раньше чем я это сделал, с руки соскочил хран, из него выбралось наследие.

Яйцо стало гораздо меньше и покрылось вязью символов творцов. Сейчас я мог их с лёгкостью прочитать, но не мог составить вразумительный текст или что-то близкое к этому. Просто набор совершенно случайных слов, расставленных друг за другом. Цифры, отдельные буквы и слоги. Но если этого не мог понять я, то хранитель совершенно точно понял и даже на мгновение из него перестали вылезать новые сущности.

Прошло ещё пару мгновений, и пространственная трещина сделала первый неосторожный шаг в сторону наследия. Как ещё объяснить её перемещение, я понятия не имею.

Трещина начала меняться и словно вытягиваться к наследию. Вспыхнул Та’ар, и отростки трещины, растянувшиеся к яйцу, исчезли. Словно их замазал художник парой движений кисти. Но хранитель не собирался так просто сдаваться. В одно мгновение трещина увеличилась в несколько раз, и её отростки потянулись во все стороны, занимая собой практически всё пространство перед воротами в храм творцов.

Камень под ногами начал трястись, и в этот момент я впервые активировал Технику Сотворения. Но не для того, чтобы с её помощью усмирить изменившегося хранителя, а чтобы закрыть проход у себя за спиной.

Слуга отсюда не выйдет в любом случае, даже если проиграем мы. Частицы творения, проходя через моё изменённое ядро, стали обращаться в звёздную сталь, отливающую красным, словно для закалки металла использовали кровь.