Читаем Тайга мятежников любит полностью

Неистребимы армейские замашки. Он вошел в деревню с восточной стороны, опираясь на клюку, как старый дед. Волосы шевелились на затылке – жуткая усталость от постоянного напряжения. Что такое сибирская язва и с чем ее едят? Много лет прошло, это понятно, а вдруг спрятался где-то живой микроб?.. Он стоял на чьем-то подворье, рылся глазами в хитро сплетенных обгорелых досках, фрагментах крестьянского быта, превращенных за десятилетия в заросшую свалку. В художественных картинах неистощимые на выдумку киношники примерно в таком духе представляют мир, погибший от ядерного взрыва. Никто при этом не знает, что такое ядерный взрыв (не доводилось как-то, имеются лишь расчеты и версии ученых) и какие его последствия, но фантазия работает: атомные электростанции, атомные подлодки (до какой ерунды ни додумаются), миллионы погибших, зараженная земля, дикие мутации…

Он перешагнул через явно не античные черепки, постоял у развалившейся печи, в которую юркнула белка. Медленно двинулся по деревне. Изучать весь этот ужас резона, наверное, не было, он вычислил направление на южную околицу и отправился в просвет между мрачноватыми горелками…

Нужный объект обнаружился за пределами деревни. По всей вероятности, это и был дом колдуна и его непутевого отпрыска. Хату в девятнадцатом году жечь не стали, вероятно, испугались. А возможно, колдун продолжал здесь жить – не палить же вместе с проживающим…

Он стоял под мощной липой, слушал, как ветерок перебирает листья, и не мог понять, что пытается подсказать ему дерево… Чаща начиналась в пятидесяти шагах – мохнатая, черная. Если двигаться прямо, то теоретически попадешь к храму. Слева – заросший шиповником лог, справа обрыв из наслоений ржавой глины и серого известняка. Он еще раз осмотрелся. Ошибки быть не могло, нет других домов на южной околице. Вдавленная в землю полухата-полуземлянка с обвалившейся стрехой и засыпанным проемом в черную глотку берлоги…

Он поднялся на бугор, отыскал свою компанию, мнущуюся на опушке, изобразил пальцем дугу – двигаться в обход. Стянул со спины рюкзак и принялся извлекать составные части металлоискателя…

Не было ни одного подтверждения, что именно здесь колдун зарыл коллекцию купца Шалимова. Но Катя задыхалась от волнения. С чутьем у девочки был порядок. Остальные тоже не находили себе места. Генка отправился рыться в ближайшие заросли, свалился в канаву. Алла держалась за Максима, пугливо стреляя глазками. Чеснокова тоже нашла себе занятие – в стороне от жилища наткнулась на трухлявую горку – то ли сортир, то ли сарай, использовала по назначению, а потом стала ходить вокруг да около, доламывая окончательно.

– Попрыгай лучше по землянке, – проворчал Максим, вскидывая металлоискатель. – Заодно и дурь пройдет.

Но соваться в неизвестность было страшно. Отложив металлоискатель, он сбегал к логу, отыскал жердину и с ее помощью начал освобождать проход. Бил по нависающей над лазом стрехе, расковыривал и сбрасывал на землю защемленные бревна. Свалился фрагмент кровли, взметнув пыль. Остальное вроде держалось. Подождав, пока уляжется облако, он спустился ко входу, пролез под заклиненным брусом и щелкнул пальцами. Генка протянул металлоискатель.

– А может…

– Нет, – отрезал Максим. – Стойте и не возникайте. И уймите Чеснокову – что-то она разбуянилась… – Опасливо посмотрел на впадающую в маразм девицу. Та уже сокрушила «сортир-сарай», нашла в полу связующую нить с подземным миром и улеглась на землю, приложив к ней глаз.

Следом за Максимом полезла взволнованная Катя. Бороться с женским инакомыслием сил не было. Он смирился. Только крикнул наружу, чтобы больше никто не пробовал это сделать – дескать, этот Буцефал не унесет толпу… Они ползли на коленях, осваивая тесное пространство. Приспособить металлоискатель было непросто, пришлось постараться. «Интерьер» помещения был, конечно, аховым. Крохотное оконце под крышей, затянутое сеткой паутины, обломки печи с кирпичным дымоходом на крышу, лаз в подполье, засыпанный землей и совершенно непроходимый, что вызвало бурю негодования. Несколько раз они подползали к выходу, чтобы глотнуть воздуха, и снова погружались в клоаку. В горле першило, пот заливал глаза. Металлоискатель работал, сообщая о случайных находках. Дважды бзенькнуло в районе печки: копаясь в трухлявой субстанции, они нашли почерневшую монету и обруч, которым стягивали бочки. Третья находка была еще лучше – источник металла обнаружился в заваленном подвале, на глубине примерно полуметра, Катя застонала от вожделения, Максим заработал лопатой, заглубился в прессованную землю и выудил… съеденную ржавчиной стальную каску Адриана М15 образца 1915 года, прозванную французским гребешком, неизвестно как оказавшуюся в Сибири и используемую в качестве котелка либо черпака для выбирания грунта.

– Он копал этой каской лаз… – возбужденно зашептала Катя, – чтобы спрятать коллекцию…

Хотелось плакать, но Максим рассмеялся.

– Он же не граф Монте-Кристо, право слово. Боюсь, разгадка этой каски прозаичнее.