Читаем Тайфун полностью

«И все же гидрофоны Беликова что-то услышали», — подумал Марков. Возможно, это была крупная рыбина, а может быть, и нет.

— Рулевой!

— Да, командир!

— Давайте сделаем еще один разворот. На этот раз переложить руль вправо до отказа.

«Портленд».

— Центральный пост! Говорит акустик! «Сумасшедший Иван!» На этот раз через правый борт!

«Двойной Иван»? Стэдмен повернулся к Ванну.

— Сэр?

«Портленд» находился слишком близко. Необходимо дать задний ход, и быстро, иначе столкновение неизбежно.

«Двойной Иван»? Ванн был хорошо знаком с тактикой русских подводников. Они выполняли развороты, отрываясь от возможного хвоста, неохотно, по расписанию, словно принимая горькое лекарство. «За исключением того капитана, которого я преследовал на «Батон-Руже»». Это была та же самая «ядерная дубинка». Возможно ли, что сейчас ею командует тот же самый капитан?

— Дистанция две тысячи ярдов, — доложил Бам-бам.

— Командир, — тревожно произнес Стэдмен.

— Центральный пост, говорит акустик. Дистанция продолжает сокращаться.

— Замечательно! — отрезал Ванн. — Переложить руль влево до отказа!

«Портленд» по-прежнему несло на корму «Тайфуна».

— Центральный пост, говорит акустик. Дистанция одна тысяча ярдов.

— Командир! — Это уже был боцман Браун. — Нам пора уносить ноги!

— Дистанция пятьсот ярдов.

Для того чтобы избежать столкновения, «Портленд» должен был дать задний ход, и на полную мощность. Но при этом его гребной винт вспенит воду так, что это услышит даже русский шумопеленгатор.

Однако выбора не было.

— Рулевой пост! — приказал Ванн. — Полный назад! Самый полный назад!

Молодому рулевому не потребовалось повторять дважды. Машинный телеграф звякнул, указывая «САМЫЙ ПОЛНЫЙ НАЗАД». Корпус субмарины содрогнулся; мощный винт «Портленда» вгрызся в воду в обратном направлении.

— Центральный пост, говорит акустик. Мы образовали зону кавитации.

— Отлично, акустик.

Ванн мысленно обратился к русскому капитану: «Ну хорошо. Все пошло не так, как я рассчитывал. Но я никуда не делся. Теперь твой ход».

«Байкал».

— Командир, цель с пеленгом ноль ноль три очень близко. Подводная лодка с одним гребным винтом.

Американская лодка класса «Лос-Анджелес». Значит, в этом лесу все-таки есть охотники.

— Переложить руль вправо до отказа. — «Байкал» начал отворачивать свою корму от преследователя. — Вертикальные рули на пять градусов на подъем. Уменьшить глубину погружения до ста двадцати метров.

— Американец крался следом за нами слишком близко, — заметил Беликов.

«Это была его первая ошибка, — подумал Марков. — Больше он ее не повторит». Но как долго американская лодка сидела у него на хвосте? С того самого момента, как «Байкал» вышел в море?

— Какой кратчайший курс до границы сплошных льдов?

— Курс ноль ноль три, расстояние семь километров.

— Новый курс ноль ноль три. Полный вперед. — «Тайфун» был построен так, чтобы иметь возможность врезаться в айсберги. Американская лодка этого не могла. — Посмотрим, как нравится американцам лед.

«Портленд».

Гребной винт «Портленда», с ревом завращавшись в обратную сторону, наконец зацепился за воду.

— Дистанция четыреста ярдов, — доложил Шрамм. — Русская лодка над нами, она заслонила мне весь экран. Не знаю, то ли мы поднырнули под нее, то ли она нависла над нами. — «Интересно, а какая все-таки у «Тайфуна» осадка?» — Вот она.

На экране гидролокатора появилась огромная стальная тень, заполнившая весь акустический мир Шрамма. «Тайфун» черной грозовой тучей затянул все небо.

Даже в центральном посту Ванн услышал низкий рев мощных турбин русской «ядерной дубинки», подобный непрекращаюшемуся гулу землетрясения. Протянув руку, Ванн прикоснулся к стальной рукоятке перископа. Ему был не нужен шумопеленгатор. Он ощущал чуждую вибрацию кончиками пальцев. В турбулентных струях воды, оставленных проходящим вблизи «Тайфуном», «Портленд» закачался, словно рыбачья плоскодонка на волнах за сухогрузом.

В центральном посту наступила полная тишина.

— Русская лодка снова у нас на прицеле, — наконец послышался голос Шрамма. — Пеленг и скорость не изменились.

Ванн поднял взгляд на трубы и жгуты проводов, проходящие над головой, словно мог увидеть сквозь сталь, сквозь резиновые плитки корпуса «Портленда» громадную тушу «Тайфуна».

— Центральный пост, докладывает акустик. Цель номер пять полным ходом направляется к границе сплошных льдов.

«Глупо».

— Бам-бам, какая дальность до русской лодки?

— Восемь тысяч ярдов.

Когда Ванну в ночной тиши являлись сомнения, плававшие перед его закрытыми глазами фосфоресцирующими тенями, он видел не членов следственной комиссии, не искореженный нос «Батон-Ружа», его не терзал стыд сознания того, что по его вине подлодка отправилась на утилизацию. Нет. Ванн думал о «Тайфуне» и командире русской лодки.

Разрешаю применить все разумные меры.