Читаем Табия полностью

— Но вам это нравится, — уверенно произносит он после долгой паузы. Риддл молчит, явно предлагая ему продолжить. — Вам нравится то, что я чувствую, нравится именно отсутствие определённости. — Риддл заинтересованно поднимает бровь, и голос Гарри обретает твёрдость. — Как вы и говорили, вас окружают куклы, которые совершенно точно знают, что чувствуют. Это знаете и вы. Знаете всё про всех, кроме меня. Тогда, на балконе, вы сказали, что ощущение магии во мне позволяет вам чувствовать себя живым. Но когда я рядом с вами… Дело ведь уже не только в магии? Дело… во мне, — последнее слово получается уже шёпотом, и Гарри напряжённо закусывает губу. Риддл по-прежнему молчит, значит, он движется в правильном направлении. — Я интересен вам не только как контейнер для частицы вашей магии. Потому что, в некотором роде, я ваше продолжение. Как ветка дерева — продолжение ствола. Когда вы смотрите на меня, вы видите ответвление собственной жизни, отдельное и самостоятельное. Для вас я живой, намного живее, чем все остальные. Вот почему вам нравится, что я рядом.

Он переводит дух, ожидая реакции Риддла. Тот улыбается, поигрывая бокалом, и наконец кивает.

— Поздравляю, Гарри. Только что ты прошёл ещё один этап.

Гарри понимает, что сейчас рухнула очередная стена, разделяющая их с Риддлом. Наверное, стен осталось ещё немало, и каждая следующая поддаётся всё с большим трудом, но и их развалины становятся всё более желанными и приятными.

— И какой же ждёт меня дальше? — сардонически интересуется он.

Риддл кривит губы и, разумеется, оставляет вопрос без ответа.

— На самом деле, я позвал тебя по несколько иной причине. Сегодня Рождество. Что ты хочешь получить, Гарри?

Риддл улыбается ему так, что он даже теряется и ёрзает в кресле.

— Ммм… Подарок на Рождество от Лорда Волдеморта. Звучит сюрреалистично, но заманчиво.

Улыбка Риддла становится оскалом.

— Поверь, на деле оно может оказаться лучше, чем звучит.

— Да и отказываться невежливо, — Гарри сцепляет пальцы в замок и прищуривается. — Есть кое-что, что я хотел бы получить. Расскажите мне кое о чём. Без лжи и недомолвок.

Риддл на миг отводит глаза, раздумывая, затем кивает.

— Хорошо.

— Почему вы перестали верить в Пророчество?

Первое мгновенье Риддл выглядит удивлённым.

— Немного не тот вопрос, которого я ожидал.

— Значит, не ответите?

— Отчего же? Суть Пророчеств, которую я раньше не понимал, состоит в том, что они являются не точным предсказанием будущего, а неким возможным сценарием при стечении определённых обстоятельств. Пророчества сбываются лишь для тех, кто в них верит. Кроме того, как я тебе уже говорил, трактовать их текст можно по-разному. С тех пор, как я впервые услышал Пророчество от Северуса и истолковал его по-своему, всё пошло наперекосяк. Я потерял целых тринадцать лет, и для меня это стало вполне убедительной причиной, чтобы что-то изменить. В конце концов, сейчас у меня есть куда более важная цель, чтобы обращать внимание на болтовню старой шарлатанки.

— И только? — Гарри недоумённо хмурится. — То есть для того, чтобы дела пошли в гору, вам всего-то нужно было перестать меня преследовать?

— Мои приоритеты изменились, и я говорил тебе об этом ещё в первый день.

— Может, изменились не приоритеты, а вы?

— Гарри, люди не меняются, — качает головой Риддл. — К слову, Дамблдора сгубила именно эта ошибочная теория. Меняются лишь людские решения и поступки.

— Но вы говорили, что человек — это и есть совокупность решений и поступков.

— Именно.

— Тогда я не понимаю.

— Потому что мыслишь слишком узко.

— Ну, спасибо, — вздыхает Гарри и порывается встать. — Ладно, если это всё, то я…

— Подожди, — Риддл поднимает руку, и он замирает. — Есть ещё одна вещь. Полагаю, теперь я могу тебе её дать.

Гарри с интересом наблюдает за тем, как Риддл призывает с тумбочки ту самую шкатулку, которую он не решился открыть. Щёлкает замок, крышка распахивается, и в груди ёкает. Внутри шкатулки, на тёмной бархатной поверхности, лежит знакомая и родная палочка, которую, как он думал, Риддл уничтожил ещё в начале. Он разворачивает шкатулку к нему, но Гарри не торопится протянуть руку. Возникает кислое на вкус ощущение обмана или злой шутки.

— Что это? — с языка срывается, разумеется, самый глупый вопрос из возможных.

— Не думал, что за месяц с небольшим ты способен забыть, как выглядит твоя палочка. — Гарри молчит, вцепившись в подлокотники, и напряжённо глядит то на палочку, то на Риддла, и тот, наконец, коротко вздыхает. — Гарри, я возвращаю её тебе, можешь забрать. Беспалочковая магия — это, конечно, хорошо, но по неопытности ты тратишь на неё слишком много сил. Думаю, так твой быт станет проще.

Гарри осторожно тянется к палочке, словно он в любой момент может захлопнуть крышку, дотрагивается до гладкой поверхности дерева и проводит пальцами по всей длине, ощущая знакомое приятное покалывание.

— Надеюсь, ты понимаешь, что на неё наложены кое-какие ограничения, — тем временем продолжает Риддл. — Никаких Непростительных, травмирующих, боевых заклятий. Но всеми прочими можешь пользоваться.