Читаем Табия полностью

— Сдавайся, Поттер! — смеётся Драко, давая ему время подняться на ноги.

Гарри делает несколько стремительных взмахов палочкой.

— Obscuro! Incarcerous!

Сначала Малфой хватается за глаза, на которых появилась тёмная повязка, затем пытается переставлять запутавшиеся в верёвке ноги, но спотыкается и падает в снег. На этот раз аплодисменты достаются Гарри.

— Изящно, — одобрительно кивает Марк.

— Сам не хочешь сдаться, Малфой? — Гарри вертит палочку, наблюдая за Драко, которому не без труда удаётся избавиться от пут.

— Waddiwasi! — шипит он, стоя на коленях, и на Гарри обрушивается целый сугроб снега, взвившийся в воздух.

Гарри снова падает и начинает барахтаться и отплёвываться. Снег залепил очки, спутал волосы и насквозь промочил мантию. Откопаться и встать ему удаётся не сразу.

— Ты начинаешь повторяться, — говорит он, отфыркиваясь и отряхиваясь.

— Просто подумал, что ты… — Драко обрывает себя на полуслове, улыбка моментально сходит с его губ, а от порозовевших щёк быстро отливает кровь. Смотрит он куда-то за спину Гарри. Все разговоры и смешки тут же стихают.

Обернувшись, Гарри и сам застывает на месте: позади него стоит Риддл. Он не улыбается, не произносит ни слова, только смотрит долгим свирепым взглядом сначала на Малфоя, потом — на палочку в руках Гарри, затем медленно и тяжело оглядывает остальных. Сгустившаяся тишина кажется зловещей, а температура воздуха словно понижается на несколько градусов.

Риддл щёлкает пальцами, и палочка, вырвавшись из руки Гарри, перелетает в его ладонь. Он не глядя протягивает её Марку, но как только тот, несмело приблизившись, обхватывает кончик деревяшки, резко поворачивается к нему и холодно произносит:

— Чтобы я больше не видел тебя рядом с Поттером.

Сглотнув, Марк быстро кивает и, спрятав палочку, торопливо отходит назад.

— Мой Лорд, — робко начинает Панси, — мы просто…

— Молчать, — тихий голос Риддла покрывает весь двор, заполняя гнетущую тишину. — Вас четверых, — он обводит взглядом слизеринцев, словно не замечая Гарри, — я жду у себя. Немедленно.

С этими словами он разворачивается и быстро скрывается в поместье. После его ухода никто не торопится заговорить. Но первым не выдерживает Нотт.

— Доигрались, — цедит он, прожигая Драко взглядом.

— Это была не только моя идея, но ты её поддержал, — отвечает он, всё ещё не сводя глаз с двери.

— И что теперь? — еле слышно спрашивает Панси дрогнувшим голосом.

— Ничего хорошего, — роняет Нотт. — Чёрт, говорил же я тебе…

— Да уймись ты, — морщится Драко, убирая палочку.

— Почему он злится на вас, а не на меня? — Гарри смотрит то на Драко, то на Марка, но его вопрос остаётся без внимания.

Из поместья выходит Забини, странно озираясь и хмурясь.

— Мерлин и Моргана! Что у вас случилось?

— А у вас? — фыркает Нотт.

— Ровным счётом ничего. Только Лорд пронёсся по коридору, как смерч, взмахнул рукой, я отлетел к противоположной стене. Чёрт, — наморщившись, Забини потирает поясницу. — А у вас что за проблемы?

— Пока их нет, — невесело усмехается Марк. — Но сейчас будут. Минут так через десять.

Забини замирает, оглядывает всех по очереди, останавливается на Гарри и шумно вздыхает.

— Вы всё-таки устроили с Поттером дуэль? Вы совсем рехнулись?!

— Мы не думали, что его это так разозлит, — Панси нервно запускает руку в волосы.

— Да, действительно! Давайте отдадим Поттеру все наши палочки, и пусть Лорд будет доволен! Кретины. Ну, во всяком случае, спасибо, что не разбудили меня утром, и я не успел присоединиться к вашему безумию.

— Слушайте, я пойду с вами, — обращается Гарри к Марку. — Я скажу, что это моя вина.

— Ой, не надо, — морщится тот, — благородный ты наш. Ладно, перед смертью не надышишься, пошли! — бросает он остальным и идёт к поместью.

Гарри стоит несколько секунд, глядя на удаляющиеся спины и чувствуя себя просто отвратительно, а затем бросается следом и догоняет ребят уже в коридоре.

— Ну, почему вы упрямитесь? Постойте! Давайте я… Панси, ну, погоди! — Гарри хватает Паркинсон за локоть, но она выворачивается.

— Не нужно ничего делать, — огрызается она. — Это была наша идея, и ему об этом прекрасно известно. Будет только хуже, поверь.

— Почему хуже? Я просто… Марк!

— Вот тебе, эфенди, ещё одно правило на будущее, — Марк оборачивается и идёт спиной вперёд, не сбавляя шага. — Если дело тебя не касается, лучше не лезь.

— Но меня это касается! — выкрикивает Гарри и вместе с Забини останавливается у лестницы.

Четвёрка поднимается наверх, и ему вновь никто не отвечает.

***