Читаем Та, которой нет полностью

Влада заметила фигуру говорящего. Дверь большого шкафа была открыта, и из-за нее торчал только зад, обтянутый халатом. Глеб скомкал в руке маску и положил ее обратно в карман. Мужчина зашуршал чем-то в шкафу, а затем, держа на весу несколько объемных папок, разогнулся и прикрыл дверь ногой. Влада тут же узнала утреннего врача по широким кустистым бровям. Сейчас, когда его лицо не было скрыто маской, он уже не казался ей таким суровым. Даже наоборот, у него была располагающая внешность и приятная, совсем не дежурная, улыбка.

— Жду, жду вас. Можно было прийти и пораньше.

— Вы сами сказали, чтобы мы…

— Присаживайтесь, — мужчина указал на стул.

Глеб подвел Владу к кушетке, а сам сел напротив рабочего стола.

— Я думал, вы просто врач, — покрутив головой, Глеб задержал взгляд на висящих фотографиях.

Влада тоже их заметила и удивленно приподняла брови, узнав парочку знаменитостей.

— А я и есть простой врач, — усмехнулся мужчина. Кивнув на снимки, покачал головой. — Самопиар, а куда деваться? Итак, — он сел и сложил руки перед собой. — Глеб, если мне не изменяет память? — получив согласие, врач достал из кармана очки и водрузил их на нос. Положив перед собой несколько исписанных листков, он взял ручку и постучал ее кончиком по столешнице.

Глеб заметно нервничал. Пододвинув стул, он почти лег грудью на угол стола. Но врач молчал. Затем поднял глаза и посмотрел не на Глеба, а на Владу:

— Простите за нескромный вопрос. Вы кем приходитесь Кириллу Андреевичу? Вы же не… — он нахмурился и качнул головой. — Ну нет, точно! Вы не…

— Нет, она… — Глеб кашлянул. — Она ее сестра.

Влада вздрогнула и сжала кулаки.

— Ох… — врач поправил очки. — Насколько я знаю, вам сейчас нелегко, — он пожевал губами и продолжил. — Ситуация складывается таким образом, что Кирилла Андреевича следует прооперировать в самое ближайшее время. Сейчас рассматривается вопрос о тактике последующего лечения. Учитывая локализацию, размеры, соотношение с соседними тканями…

— Я ничего не понимаю… — Глеб растерянно обернулся, чтобы встретиться взглядом с Владой.

Она встала и подошла к нему, положила руки ему на плечи:

— Простите, как к вам обращаться?

— Дмитрий Эдуардович, — врач снял очки и протер стекла носовым платком.

— Дмитрий Эдуардович, давайте по порядку. Вы извините, но мы, правда, не понимаем, о чем вы.

— Это вы меня простите. Еще не спал сегодня. Как Кирилла привезли, так и… Мы же с ним знакомы уже, дай Бог памяти… А, чего считать, — он махнул рукой. — Бархатов мне отделение ортопедии пристраивал. А до этого разрешения выбивал. Ну и с оборудованием помогал сколько раз. Никогда бы не подумал, что придется вот так с ним встретиться… Это хорошо, что вы ко мне его привезли. Тут, знаете ли, время дорого.

— Что с ним? — хрипло спросил Глеб, и Влада почувствовала, как напряглись его мышцы.

— Я подозреваю наличие хондромы в затылочной части. Вот здесь, — он вытащил рентгеновский снимок и, развернув его к окну, обвел ручкой выбранный участок, — видите? У основания черепа и чуть правее?

— Твою же… — выдохнул Глеб.

— Это что? Опухоль? — с трудом произнесла Влада. — Как вы так быстро смогли понять, что это она?

— А какой смысл грузить вас этой информацией? — немного раздраженно ответил Дмитрий Эдуардович. — Для Бархатова я сделал максимально возможное в своей клинике. И, разумеется, будет еще консилиум, и повторные анализы. Я уже разослал информацию и снимки коллегам. Сам я, к моему глубокому сожалению, могу только ассистировать. Профиль не мой. Но вот профессор Рябцев — хирург-онколог с огромным стажем. И он готов прилететь из Германии, чтобы провести операцию. Малоинвазивное оперативное вмешательство в данном случае невозможно, радиохирургия, на мой взгляд…..

Влада качнулась, ощутив головокружение. Глеб тут же вскочил и усадил ее на стул вместо себя.

— Это так неожиданно… — прошептала она. — Я думала, что это потому, что он пьет…

— Пьет? Кто? Бархатов? — врач погрыз дужку очков. — Ну тогда и я пью, — пожал он плечами.

— Откуда она у него взялась, эта хар… хор…

— Хондрома. Вы же понимаете, что это предварительный диагноз, — осторожно заметил Дмитрий Эдуардович. — Такие опухоли растут медленно, и, судя по ее размерам, появилась она у Кирилла Андреевича достаточно давно. Без гистологии пока сказать больше не могу. Это мог быть удар, падение, — он развел руками. — Одного не могу понять, как долго он терпел эти боли. И главное, зачем? Должен был уже взвыть от зрительных и слуховых галлюцинаций при таком-то анамнезе. Если только побочные проявления еще не наступили… Но судороги и тремор-то уже на лицо…

— А спиртное, оно могло как-то повлиять? — перебила его Влада.

— Знаете, я вам так скажу, если вести себя как голливудская звезда, то не только повлияет, но и усугубит.

— Это как? — обескураженно спросил Глеб.

— Если запивать лекарства вискарем или, упаси господь, водкой…

Влада и Глеб переглянулись.

— Вы хотите сказать, что он принял что-то и запил это алкоголем? — Глеб отрицательно покачал головой. — Вы ошибаетесь! Бархатов терпеть не может таблетки.