Словно дирижёр в оркестре, Вириан как будто управлял происходящим. Ещё секунду назад положение людей казалось безысходным, а теперь по обеим дорогам к месту боя бежали сотни солдат. Наших солдат. Вражеские же подкрепления полностью иссякли.

— Фанатики Джарена — это особая каста среди наших врагов. — продолжал пояснять Вириан, — Для них постыдно сражаться с простыми солдатами. Нет, они ищут боя с офицерами, командирами, но никак не с теми, кто, как они считают, ниже их достоинства. Вот видишь, вон те бегут теперь ко мне.

Глава 32. Джарен

Вириан снова указал мне на поле боя, где дюжина врагов, осознав что скоро будут зажаты в клещи, перестала наседать на отряд Треммы и бросилась к нам.

— У них есть две уникальные способности, у этих фанатиков. — голос Вириана, умиротворяющий и такой безмятежный, словно мы с ним разговаривали на берегу моря, продолжал приносить покой и в моё сердце, — Первое их удивительное умение, это шаг сквозь тень. По сути они могут пройти незаметными куда угодно, обойдя простых солдат. Ну а вторая… как ты уже наверное понял, это чутье на командиров. Их цель в бою одна единственная — уничтожить всех руководителей армии врага. А теперь, прошу меня извинить.

Вириан спокойно, словно для рукопожатия, выступил вперёд, навстречу первому из нападавших. Только сейчас я заметил, что он совершенно безоружен. Но прежде, чем я успел ощутить тревогу, произошло немыслимое.

Без усилий, едва-едва избежав удара шипованной дубиной, Вириан резко ударил врага в шею. Последовавшее следом зрелище было настолько жутким, что я не выдержал и отвернулся. Но даже так — перед глазами стоял вид вырванного с костями горла. В следующий миг ещё один враг пал с размозжённым от удара руки командора черепом.

Командор Вириан был нечеловечески силён. На его лице не дрогнул ни один мускул, глаза и лицо по-прежнему были умиротворёнными, когда он резкими молниеносными движениями одного за другим убивал бойцов из Легионов Арвальда. Его движения иногда даже сливались в глазах, а противники умирали раньше, чем успевали упасть. Сила же… Сколько действительно силы было в его атаках, я понял лишь тогда, когда проломив ладонью грудь очередного фанатика, Вириан схватил его и отшвырнул в другого врага. Оба отлетели к ближайшему дому, словно тряпичные куклы. От мощного столкновения с камнем, умер с разбитой головой и последний враг командора.

Бой Вириана занял всего несколько мгновений, но за это время картина боя на площади успела кардинально поменяться. Люди одерживали уверенную победу, а фанатики, хоть и сражались остервенело, падали один за другим.

Победа в битве уже словно была в наших руках, когда крепость вдруг сотряслась, словно от землетрясения. С коротким запозданием раздался звук мощнейшего соударения чего-то с крепостью Зорингтон.

А затем мы увидели Его…

Бог Джарен не зря назывался богом. Каждый, кто сейчас находился в крепости, мог лицезреть покровителя наших врагов. Джарен был таким же, как и на давешнем изображение в моем комме.

С той лишь разницей, что сейчас его мерзкая голова возвышалась на добрые десять метров над крепостью Зорингтона, а гигантская дубина отходила назад, для второго удара…

Что я мог сказать о боге Джарене? Он был мерзким. И гигантский размер не уменьшал, а скорее даже приумножал его мерзость.

Теперь я ещё лучше мог рассмотреть его красную кожу, покрытую буграми и гнойниками. Его две руки-щупальца, сухие и обхватывающие огромную дубину из непонятно чего(разве бывают пятидесяти метровые ветки?). Но больше всего отвращения вызывали его отростки на лице вместо рта и носа. Словно вермишель или свисавшие спагетти, вдобавок шевелящиеся. Надо отметить, что хоть немного, но ситуацию спасали татуировки. Синие, аккуратно выведенные на красной коже, они очень шли богу и были наверное самым красивым из всего, чтобы было в Джарене. А вот татуировка на лбу не внушала ни трепета ни ощущения мощи. Скорее она больше походила на клеймо для скота.

Надо заметить, появление Джарена никого не оставило равнодушным. Даже спокойный и умиротворённый командор Вириан выглядел взбудораженным и радостным. Всех остальных же похоже сковали схожие с моими чувствами. Омерзение, страх, чего уж таить, и непонимание.

На фоне этого гиганта мы казались себе муравьями, и первым это заметил Эсмин:

— Словно насекомые или клопы, по сравнению с собором.

Его голос был спокоен, но как и я, как и Фил, он всё ещё не участвовал в битве. Я взглянул на обоих, хотел что-то произнести. То ли ободряющее, то ли просто услышать свой и их голос. Но в этот момент что-то произошло внутри меня.

Меч, который я всё это время держал в руке и о котором даже забыл, вдруг засиял. В нём появилось облако — марево, которое потекло ко мне, быстро впитываясь в тело. И вместе с тем я видел странные воспоминания. Они были моими, но при этом как-будто совсем и не принадлежали мне.