Читаем Сыщик Брок. Дилогия полностью

Берендей, увидев, что вместо двух вернулся всего один сыщик, нахмурился и буркнул под нос: «Знать, все же организмы у них не совсем одинаковые…», а вслух произнес:

— Долго он еще там?

— Там? — переспросил Брок и, подумав, что под это определение вполне подходит и роща, не кривя душой ответил: — Думаю, да. Долго. Хотя, смотря с чем сравнивать. Относительно средней продолжительности жизни человека — совсем даже не долго. А вот, относительно, скажем…

— Не надо, — замахал руками царь. — Пусть будет относительно жизни. Так спокойней.

— Хорошо, — пожал плечами сыщик. — В любом случае начинать можно и без него. Дело от этого не пострадает. Ведь я и он — одно и то же. А потому…

— А потому — пойдемте, господа, — вновь перебил Брока Государь и поднялся с кресла-трона.

— А дам тут уже практически и нету, — обиженно фыркнула Сашенька. Очень тихо, но Берендей Четвертый услышал.

— Все пойдемте, — улыбнувшись, сказал он. — Господа, юные красавицы и старые прид… ворные розыскники. Ну и я, конечно. Хоть и не юный, но и не такой уж и старый. — Царь-батюшка явно напрашивался на комплимент, и он его получил.

— Вы — мужчина хоть куда, — вспомнила Сашенька Карлсона. — Красивый, умный и в меру упитанный. В полном расцвете сил!

Берендей мультфильм не смотрел, а потому принял слова девушки за чистую монету и зарделся.

— Ну, уж… — опустил он голову и ковырнул носком туфли паркет. — Красивый…

— Вылитый Бельмондо, — решил внести свою долю лести Брок, но царь обиделся:

— Когда я разрешал вам ругаться, я не имел в виду оскорблять меня лично!

— Да я как бы и не… — растерялся сыщик, и Саше пришлось выручать отца:

— Ваше величество, Бельмондо — это самый красивый артист в нашем мире.

— Актеришка?.. — пуще прежнего насупился Государь. — Спасибо за сравнение!..

— А певцы вам нравятся? — поспешно спросила девушка.

— Один хрен, — буркнул царь, — что актеришка, что певун.

— Ну, не скажите, — запротестовала Сашенька. — Вот вы, например, на Добрынина похожи. А его моя мама очень любит.

— Что?! — подпрыгнул Брок. — Мама… любит этого безголосого старого хрипуна?

— Не в этом же смысле! — возмутилась Саша. — Любит слушать, как он поет. — Тут девушка глянула на царя и увидела, что тот уже стал багровым от возмущения. — Что с вами, ваше величество?.. — испуганно пискнула она.

— Я… — еле выдавил Берендей, — я, по-вашему… старый… безголосый… хрипун?..

Послышался знакомый уже стук и звон. Это упал в обморок Сушик, уронив по дороге пенсне. Сашенька не стала отвлекаться на мелочи и принялась оправдываться:

— Я этого не говорила!

— А я говорил это не про вас, — поспешно добавил Брок.

— Но если я похож на этого… Добрыню, а он — старый и безголосый, то нужно быть дураком, чтобы не суметь сделать соответствующий вывод.

— Ваше величество! — топнула ножкой Сашенька. — А если мой папа — не очень… сообразительный, то что же, по вашей логике, все несообразительные — мои папы?

— Почему это я… — нахмурился Брок, но царь грозно зыркнул в его сторону, и сыщик заткнулся. А Берендей, поглядев на девушку с заметным уважением, сказал:

— Интересно. Ведь и впрямь, похоже, поспешный я вывод сделал. Вроде логичный, а оказывается — не совсем… Не знаю теперь, что и думать.

— А что тут думать? — шагнул вперед сыщик. — Вы не слушайте ни меня, ни ее, а свое, так сказать, мнение составьте. Ведь на вкус, как говорится, и цвет — товарищей нет.

— Как же я его составлю, если этого вашего Добрыню не видывал, не слыхивал?

— Доченька, — притворно улыбаясь, а глазами меча молнии, повернулся к Сашеньке Брок. — Раз уж ты говоришь, что мама лю… что маме нравится слушать этого стар… то есть, этого суперстар, наверняка в твоем компьютере найдется песенка-другая в его исполнении.

— Папа!.. — захлопала длинными ресницами Саша. — Ты не просто сообразительный, ты лучший соображальщик из всех, кого я знаю! — И девушка бросилась к Мирону, на плече которого висела сумка с ноутбуком.

Через пару минут девушка подозвала царя:

— Посмотрите, ваше величество, у меня даже видеоклипы с Добрыниным есть!

Берендей с опаской подошел и заглянул в экран. Но уже через пару секунд недоверчивые морщинки разгладились на его царственном лбу, а когда из встроенных динамиков полилось: «Не сыпь мне соль на ра-а-аану!..», он и вовсе радостно и чуть смущенно заулыбался.

Пока царь и Саша слушали певца, Брок вспоминал брошенную дочерью фразу о любви Ирины к этому, как назвал его Берендей, Добрыне, и все больше хмурился. «Любит! — бурчал он под нос. — Ишь!.. Очень любит!.. Ешкин кот… В смысле, дномык твою в медь! А вдруг и правда?.. Вот ведь, насыпал мне соли на рану, гад такой! В такрямь зватьдь…»

Наконец сыщик завел себя так, что готов был швырнуть сапогом в Сашин ноутбук, откуда раздавался хрипловатый ненавистный голос. Да и самой Сашеньке, судя по грустному взгляду и откровенным зевкам, «концерт» быстро наскучил. Мирону хоть было чем заняться — он приводил в чувство слабонервного розыскника. И лишь один Берендей откровенно наслаждался, почти уткнувшись носом в экран.