Читаем Сын лейтенанта Шмидта полностью

Деловой центр, который должен был навестить Кочегаров, размещался в здании, построенном в годы, когда в молодую советскую архитектуру бурно ворвались экстравагантные идеи конструктивизма. «Баухауз», — говорили ее творцы и воздвигали на морских берегах санатории в виде не спущенных на воду кораблей с круглыми окнами, а в городах — дома, стоящие на столбах, отчего бывалым путешественникам сразу приходили на ум виденные в Индокитае деревни, воздвигнутые посреди болот и озер.

Здание Делового центра было построено в виде чайника. Первоначально в нем должна была размещаться фабрика-кухня, и потому он был замыслен архитектором в виде сосуда, к которому приделан висящий в воздухе носик. носике должен был располагаться директор пищевого гиганта. Он должен был сидеть и следить с высоты как за ручейком посетителей, вливающихся в суперстоловую, так и за потоком автопоездов, привозящих на кухню красно-желтые туши коров и коричневые мешки с мукой и сахаром.

Впрочем, с годами выяснилось, что качество идущей в котел говядины и выпекаемых на фабрике хлебокондитерских изделий от этих новшеств не зависит, а парящие в воздухе директора с замиранием сердца ждали, когда носик рухнет и погребет их под своими обломками.

Их опасения оказались не напрасными, вскоре по стенам директорского кабинета и ведущего к нему наклонного коридора пошли трещины. Очередной командарм пищеблока предпочел выехать и занять другое, менее экстравагантное помещение.

Однако носик не отвалился. Он так и остался висеть в воздухе, вызывая у каждого нового поколения местных жителей смешки и гордость — подобного сооружения не имел больше ни один район города.

Подойдя к дому, Кочегаров начал с того, что изучил стеклянные и металлические доски с названиями фирм и товариществ, густо облепившие подъезд.

Были тут как не совсем ясные:

ТОО «Полигания»

Аудит, хинаяна

ГП «Металлопрокат»

Фурнитура, швеллер

Так и вовсе загадочные:

Сан-Ал-Мин

обеспечу бессмертие

«Тревл дос»

эмиграция в Бутан

И наконец, дворник обнаружил лаконичное, то, что искал:

«Атлант»

Стеклянная, подчиняющаяся невидимому электрическому лучу дверь, наподобие той, что встретила членов товарищества в аэропорту, разъехалась, и посланник «Галеаса» очутился в обширном вестибюле. Редкие озабоченные посетители пробегали мимо развешенных на стенах объявлений и встроенных в стену табло. На последних молочно светились курсы валют и сообщения о съездах и пресс-конференциях. Фирма «Александр Третий» уведомляла о распродаже зимних сапог, а акционерное общество закрытого типа «Озон» сообщало, что оно выбросило в продажу новое средство для мытья унитазов. Рядом с унитазами висела прозаическая бумажка с печальным сообщением, что украденные бланки и печати «АО Феофан Прокопович» недействительны и что сам «Феофан» ликвидировался. На бумажке какой-то шутник нарисовал карандашом человеческий череп и две овечьи косточки.

Узнав от администратора в окошке, что презентация «Атланта» начнется с минуты на минуту и что произойдет это на четвертом этаже, посланник козьмапрутковцев поспешил наверх.

Сверкающий голубым пластиком лифт поднял ответственного дворника на нужный этаж, и тому осталось только отдаться течению человеческой реки, вливающейся в распахнутые под светящимся табло с именем греческого титана двери.

Длинный, с низким давящим потолком, туманный от дыхания многочисленных гостей зал в ожидании объявленного действия гудел. Слепыми глазами смотрели на толпу выстроенные вдоль стен машины с молочными не включенными экранами, пугающе медленно ползли по шестиугольному со знаками зодиака циферблату стрелки старинных часов. Часы были украшены отрубленными, в шлемах, головами рыцарей. От соседства таких мрачных, принадлежащих разным векам механизмов дворнику почему-то стало жутко.

В толпе толклись плечо о плечо, сходились и расходились розовощекие Алеши Поповичи с сотовыми телефонами, девицы с дорогими подвесками в ушах, пожилые, бухгалтерского вида мужчины в линялых курточках, старики и старухи с сумочками, откуда они, разговаривая, то и дело вытаскивали крошечные японские калькуляторы, тыкали в них пальцами и кивали, соглашаясь, или трясли головами, отказываясь.

На подиуме оркестр играл Баха. Толпа волновалась:

— Вы слышали, в «Ульби» уже работает прокуратура?

— Еще бы! Вчера посадили Спортивный фонд.

— Говорят, наш «Атлант» успел скупить их бумаги.

Не успел Федор проникнуть в толпу, как был сжат ею со всех сторон, а за пуговицу его схватил тощий, гладко выбритый с синими кольцами вокруг глаз:

— Бумагами Центрального не интересуетесь?

И тут же, увидев на кочегаровском лице девичье недоумение, исчез.

Место синих колец заняли оголенные плечи. Брюнетка с индийской брошью в ноздре шепнула:

— Все о надежности банков и предприятий. Информация на четверг, гарантия, полная секретность.