Читаем Сын Авонара полностью

— Полагаю, в зале суда собралось немало людей, способных подтвердить, что я редко нахожусь под чьим-либо влиянием. Мой досточтимый отец, покойный Гервез, герцог Комигорский, был не последним человеком из тех, кто привил мне независимость ума. — Помимо изумленных возгласов тех, кого возмутил мой легкомысленный тон, я уловила множество сдержанных кивков и подавленных улыбок. Лорд Верховный Прокурор никогда не посещал Виндам.

— Но вы были вовлечены этим животным в грязную пародию на священный брак?

— Я познакомилась с этим господином, с которым вы так бесчеловечно обошлись, около пяти лет назад. По прошествии полагающегося срока мы огласили нашу помолвку. Два года назад, в конце Сейля, отец Дежарьер провел обряд, свидетелями которого стали по меньшей мере пятьдесят человек из тех, что присутствуют в этом зале. Если вы помните, сэр, тот же добрый пастырь совершил таинство брака его величества и королевы. Сомневаюсь, что отец Дежарьер, являющийся жрецом Аннадиса еще с тех времен, когда мой отец был ребенком, совершает грязные обряды.

Викассо застыл и стоял несколько дольше обычного, но затем резко развернулся и ткнул пальцем мне в лицо.

— Расскажите мне, сударыня, о друзьях этого дьявольского отродья.

— До того как были возведены оскорбительные подозрения, кажется, все, кто был знаком с моим мужем, считали себя его друзьями. Все ценили его как мудрого, благородного человека, ученого, все, от членов королевской семьи до его подчиненных. Некоторые члены Совета были частыми гостями в нашем доме, они советовались с мужем по вопросам, касающимся его занятий, истории и археологии. Его величество, который, как известно, особенно щепетилен в подборе друзей, просил его совета в размещении во дворце предметов из сокровищницы и великодушно приглашал нас отобедать с ним во время Сейля. Некоторые присутствующие могут это подтвердить.

Викассо покосился на короля, но лицо Эварда осталось бесстрастно.

— Да-да, мы знаем, что это хитрый и изворотливый дьявол, — произнес Прокурор. — Он прятал свою сущность за маской добропорядочности. Но также известно, что он упражнялся в порочных деяниях здесь, в центре возлюбленного нами королевства. Расскажите нам, сударыня, о бесчинствах, которые он творил у вас дома.

— Если вы полагаете, что есть, спать, работать и развлекаться в обществе собственной жены это бесчинство, тогда в нем повинны все мужчины. — Из толпы донеслись смешки, быстро подавленные яростным взглядом лорда Хессиа.

Прокурор неколебимо шел дальше.

— Когда вы обнаружили, что этот человек маг?

— Скажите мне, господин Прокурор, что, по-вашему, означает понятие «маг»? Объясните мне, и тогда я расскажу вам, когда я об этом узнала.

Глупо ухмыляясь, он обернулся к собранию.

— Как же, это все знают. Маг — это тот, кто извращает природу, кто в своей порочности упивается смертью и кровью людей, мужчин, женщин и невинных детей.

— Значит, мой муж не маг — и никогда не был им, господин. Ваши же свидетели опровергают подобное утверждение. Вы обвиняли его в том, что он исцелил меня, спас семью Мизары от ужасной смерти. Подобные действия едва ли можно описать как упоение смертью и кровью. Возможно, ваше определение магии неверно, я уверена, вы не собирались оскорбить доблестных воинов Лейрана, вырезающих наших врагов. Или вы и их обвиняете в магии?

— Попался, ваше лордство! — закричал кто-то из задних рядов.

Викассо взглянул на стражника и кивком головы указал на того человека, но прежде чем солдат успел шевельнуться, крикуном занялись стоявшие рядом. Завязалась потасовка, слышались выкрики: «Дьявол!», «Дьяволова подстилка, сказать такое о наших…»

Я не стану слушать их. Я должна сохранять спокойствие. Мои слова — наша единственная защита.

— Кейрон благоговеет перед жизнью и дарами природы, извращение я вижу лишь в том, что ваши люди сделали с ним.

«Осторожнее, осторожнее», — зазвучал голос у меня в голове.

— У магов имеются исключительные способности, — вмешался лорд Хессиа, интеллигентный и здравомыслящий человек, который положил много сил, чтобы Совет признали серьезным органом. Он явно был взволнован. — В отличие от обычных людей.

Я вцепилась в ограждение и подалась вперед, словно сократив расстояние между нами, я могла убедить лорда.

— Как у вас, сэр, лучшего воина, когда-либо державшего клинок? Как у моего брата, которого считают единственным человеком нового поколения, достойным вас? Как у этой юной певицы из Валлеора, которая своим исполнением банальных песен заставляет рыдать половину двора? Тогда и вы тоже, и мой брат, и Мизара маги?

— Нет-нет, — взорвался обвинитель, вновь оживленный нетерпеливым жестом Эварда. — Лорд Хессиа ведет речь о способностях противоестественных, противоречащих природе. Они присваивают себе силу, которой должны обладать лишь боги.

— Тогда ответьте мне, господа. Что же сделал Кейрон такого, что противоречило бы природе?

Прокурор снова кисло выдохнул мне в лицо, довольно кивая.