Читаем Свояченица полностью

- Анька, не уходи! - голос Алексея был настолько серьезен, напряжен и настойчив, что она задергалась, развернулась. - А вдруг другого раза не представится?.. Вспомни, как мы дуриком уцелели в прошлую ночь!

Он завис над ней, уперевшись в стену обеими руками с двух сторон и прижал всем телом, когда она попыталась поднырнуть ему подмышку.

- Вобщем так, - подытожила Анна, почти задыхаясь. - Ты что-то сегодня узнал, но не хочешь сообщить, вот поэтому переключаешь моё внимание совсем на другие темы. Права ты не имеешь скрывать! Особенно после того, как решил, что хочешь...

- А что "вы", государыня-императрица, решили? - Широкая мужская грудь получила в ответ удары её сердца. - Войдите! - разрешил Алексей, а его деловые пальцы проверили: открыта ли дверь.

- Лёшка, мне же дышать нечем! - укорила его Анна.

- Ты не передумаешь потом, когда узнаешь меня получше? Не скажешь, что я слишком жесток, что я сметаю всё и всех на пути к цели? - Он мучил её своими настойчивыми прикосновениями и шептал на ухо: - Учти, бой продолжается! Бастионы взять нам предстоит крепкие. - Шальные цепкие руки его, как могли, отвлекали Анну от смысла сказанных слов. - Поэтому предупреждаю, в освобождении мальчишек я использую все возможные и невозможные средства. Вплоть до обольщения несчастной обездомленной хозяйки постельного белья...

- Единственное, что я узнала о тебе нового, так это то, что как раз обольщение тебе скорее всего удастся... - Судя по дальнейшим бессовестным действиям, Алексей, видимо, был удовлетворен ответом. Поэтому ей пришлось их немедленно прокомментировать: - Опекуном моих детей назначили бесконечно нахального типа! Представить не могу, какое влияние ты оказывал на них все эти долгие годы.

Раскрасневшись в темноте, точно дозревающий зеленый помидор, Анна сняла руку Алексея оттуда, где он её "забыл", прослушивая сердцебиение свояченицы. И вовремя: хлопнула калитка во дворе, раздались голоса хозяина дома и Юрки.

- Обидели Юродивого! Отняли копеечку! - заныл Алексей.

- Дурачина ты, простофиля! Не умел ты взять выкупа с рыбки! Хоть бы взял ты с неё корыто, наше-то совсем раскололось! - пропела в ответ Анна, отходя от зятя на безопасное расстояние.

- Сашка! - засиял навстречу другу Алексей. - Какими судьбами?! Наработался уже? Мы вот тут классику вспоминаем: я до оперы дорос, а Анька всё из сказок не выберется!..

Скульптор за те несколько часов, что пробыл в монастыре, как-то посвежел, помолодел, просветлел лицом: в старом фолианте приподняли вощеную бумагу над иллюстрацией.

- Давайте собирать детей, я нашел для них безопасное место!

Анна мгновенно "протрезвела", требовательно спросила:

- Где это?

- Они поживут пока в монастыре, мать-настоятельница ждет их.

- Что вы ей сказали?

Саша объяснил, что матушка много не спрашивала: просто она поняла, что двум детям-подросткам надо дать кров на некоторое время, и что никто об этом не должен знать. Поэтому, переселиться лучше именно сейчас, когда на дворе темнеет.

Анна засуетилась:

- Я пойду будить Катюшу. Юрка, помоги дяде Лёше перетащить обратно в машину ваши вещи. И не забудьте пакеты с едой: не нахлебники, чай.

Избегая смотреть в сторону Алексея, она поднялась к дочери.

Девочка спала в "утробной позе", сжавшись в комок, подтянув колени к животу и сложив руки на груди, словно замерзала. Мать подошла к ней, не скрадывая шагов, даже уронила что-то нарочно. При этом громко ойкнула и только потом позвала:

- Дочка! Катюша! Вставай, детка, просыпайся!

Девочка перевернулась на спину, вслушиваясь в материнский голос, потянулась, позвала: "Мамочка, это ты?" - скрипнула от боли, открыла глаза, ища мать.

- Уже утро?

- Нет, радость моя! Еще вечер, но нам надо подниматься.

- Что-то случилось? - заметались в тревоге глаза Кати.

- Ничего плохого, - поспешила успокоить её Анна. - Дядя Саша нашел безопасное место для тебя и для Юрки.

- А ты?.. Где будешь ты?..

- Я буду рядом, моё сокровище, но нам с дядей Лёшей предстоит ещё много чего сделать, прежде, чем мы окажемся все вместе...

Катюха снова поняла:

- Павел, Петрушка и Маня...

- Да. - Анна и не пыталась скрывать от дочери, что их с опекуном ждет небезопасное мероприятие. - Пока мы не найдём всех, я не успокоюсь, ты сама понимаешь...

- А я, кажется, знаю, где мальчики...

Анна аж рот раскрыла.

- Детка, ты понимаешь, что сейчас сказала?

Катя слабо улыбнулась, видя, какую надежду заронила:

- Можно, я расскажу тебе одной? При всех - не смогу!..

- Да, ненаглядная моя! Рассказывай!

С трудом подбирая слова, ломая своё нежелание говорить о тех днях, девочка рассказала, что сначала их всех держали вместе в каком-то помещении, похожем на больницу. Даже провели ряд анализов и обследований. Досмотр за ними был строгий, объясняли, что свидание с матерью откладывается из-за ухудшения её состояния, поэтому детей обследуют по полной программе: чтобы её ничем не заразить.