Читаем Свобода полностью

– Я не смог его отыскать, – невозмутимо ответил Шоцкий, – вечером вышел из номера и не вернулся. Делом занялись коллеги.

– Да я знаю. У тебя нет предположений?

– Ничего особенного за ним не замечал. Все, как обычно?

– Загулял?

– На него не похоже. Ищем. Вернее, ищут.

– Это может быть связано с вашим расследованием?

– Исключено. Никакой связи ни с преступниками, ни с чем-то, к чему они могли иметь отношения, у него не было. Я не мог! – у меня не было, а у него и подавно. Да, и тем более, без моего ведома? Нет, тут что-то другое. Что – ума не приложу. Я же с ним раньше не работал.

– Ну да, ну да, – задумчиво побормотал генерал, – мы начали свое расследование, внутреннее, параллельно с конторским, они в курсе. Мало ли что всплывет.

– Ясно.

– Ты не лезь. Не твоя забота. Отдохни и возвращайся в строй. И в наш, и в помощь коллегам. Есть еще кое-что…

– Слушаю, товарищ генерал?

– Нет, не могу сказать. Это свыше, или от них пришло… но… Ты не переживай.

– Простите, товарищ генерал?

– Ступай, Иван Владимирович, ступай. Приберись в кабинете, и езжай куда-нибудь, куда глаза глядят, отдохни.

– Есть, товарищ генерал.

– И заявление на отпуск не забудь написать!

Отнеся заявление на отпуск в отдел кадров, Шоцкий вернулся к себе в кабинет. Порядок везде был идеальный. Проверив стол, тумбочки, шкафы, сейф, он кинул взгляд на окно, на стены, потолок, встал по стойке смирно, щелкнул каблуками, развернулся и вышел из кабинета.

– Иван Владимирович, – расслышал он возле себя.

– Да, – обернулся он на голос.

Рядом, по обе руки от него стояли двое рослых молодых людей в форме.

– Пройдемте, пожалуйста, с нами.

– Прошу прощения, – несколько удивившись, проговорил Шоцкий.

– Извините, товарищ полковник, приказ.

Дверь тяжело захлопнулась, скрипнул замок, и наступила тишина. Камера была довольно-таки ухоженной, пол чистый, раковина и унитаз недавно были вымыты. Квадрат окна, перечеркнутый решеткой, зиял под самым потолком. Кровать, прикрученная к стене, была единственным украшением помещения. Постельного белья не было.

Шоцкий несколько раз прошелся по камере, попытался дотянуться до окна, проверил, есть ли вода в кране, после чего, снял пиджак, превратив его в подушку, и улегся на кровать.

– Что ж, вот я и в отпуске, – прошептал он. – Что это означает? Что из предполагаемых вариантов это может быть? И что от меня хотят? И кто от меня что-то хочет? И хотят ли от меня что-то?

Он вспомнил о Вратаре, которого повесели в камере вскоре после его посещения.

«Хотели бы от меня избавиться, я бы был на месте Кротова. Нет, тут что-то другое. Что-то им от меня нужно. И нужно им, тем, а не моим. О таком отпуске говорил Кравчук?»

Иван Владимирович закинул руки за голову и закрыл глаза. Спать он не собирался, да и думать о чем-то у него не было ни малейшего желания. Просто, просто, он понял, что устал и ничего не хочет. Мысли, не имеющие никакой последовательности, путались в его голове, представляя скорее разного характера образы последних лиц и событий. Он впал в дрему.

Часа через три скрипнул замок. Шоцкий поднял голову. В камеру быстрыми шагами забежал невысокий мужчина лет семидесяти, как подумалось Шоцкому, абсолютно лысый, в очках с толстыми линзами. Он скрепя об пол, втащил в камеру стул и поставил напротив кровати Шоцкого. Дверь заперли снаружи.

– Вы позволите, Иван Владимирович? – скромно спросил тот.

– С кем имею честь?

– Степан Алексеевич я.

– Вы будете меня инструктировать относительно отпуска? Предложите путевки от отдела кадров?

– Меня предупредили о том, что вы напрочь лишены намеков на наличия чувства юмора. Приятно быть обманутым. Я не из вашего ведомства.

– Чьих будете?

– Иван Владимирович, если вы спрашиваете о ФСБ, то к ним мы имеем некое отношение, равно как и к ряду иных ведомств, оказывающих нам помощь в некоторых порой скользких моментах нашей деятельности.

– Вы… – начал Шоцкий.

– Я не назову вам мое ведомство, вы уже это поняли, – быстро проговорил Степан Алексеевич.

– Что вы хотите от меня? – Шоцкий, до того момента продолжавший лежать на кровати, сел напротив гостя.

– Я уверен, вы догадываетесь о цели моего визита, – сказал Степан Алексеевич.

– Я даже не знаю, кто вы, – отозвался Шоцкий.

– Речь идет о «Черных псах», как их окрестили наши зарубежные коллеги.

– Опять?

– Вопрос намного серьезней, чем вам кажется, Иван Владимирович.

– Степан Алексеевич, серьезность этого вопроса, я полагаю, связана с тем, что ответа на него у вас нет.

– Вы правы, тут мне скрывать нечего, – согласился Степан Алексеевич. – Это может напоминать знаменитые американские сериалы о расследовании дел, связанных с пришельцами или иными необъяснимыми явлениями.

– Так бы и сказали: необъяснимыми явлениями, почему вы выделили пришельцев?

– Ну, как, почему? – Степан Алексеевич сухо рассмеялся, – потому, что их следы мы обнаруживаем на нашей планете.

– Какие следы?

– Тайники, вы же знаете об этом.

– Знаю о тайниках, но не вижу повода задумываться о пришельцах.

– А я говорю не о пришельцах с других планет. Речь идет о параллельных мирах.

– Вы из научно-фантастического ведомства? – серьезно спросил Шоцкий.