Читаем Свиток 2. Непобедимый полностью

Пока попробовал осадить сестренку, объяснив пагубность ее поведения, которое, может, и позволительно простой бабе, но уж никак не соответствует высокому положению ученицы шамана, родственнице монархов и так далее. Дал ей ценное указание — установить мир в племени. То есть не только самой помириться с бабами, но и их к согласию друг с другом привести. Или хотя бы научиться ими манипулировать. И, мол, это все не просто так, а большое шаманское упражнение! Ведь шаман не только должен уметь поддерживать правильную атмосферу в племени. Как он может надеяться договариваться с духами и демонами, коли даже со своей родней не может договориться?!

Дал ей несколько советов из арсеналов Карнеги и Макиавелли. И самый ценный совет — научиться поступаться собственными амбициями ради общих интересов. Мол, без этого шамана из тебя никогда не выйдет.

Осакат вроде прониклась, а что из всего этого выйдет — сплошная тайна. Но чтобы этой скандалистке было не так обидно, предложил окрестить прическу, вызвавшую столько споров, «хаером Осакат», дабы удовлетворить ее честолюбие. Кажется, название начало приживаться. Тут вообще серьезно относятся к той чуши, что я иногда несу, искренне считая это посланиями Духов. Но боюсь, что, если бы не начавшееся преследование верблюжатников, так скоро эти страсти не улеглись бы. Да и улеглись ли сейчас, или после нашей победы (очень хочется надеяться, что победа все-таки будет нашей) меня ожидает второй тур, разгоревшийся с удвоенной силой?

Блин! Нашел о чем сейчас думать! Самое подходящее времечко для размышлений на куаферские темы. Чуть мимо Лга’нхи не прошел, хотя мой проводник уже давно свернул к едва заметной в темноте группе наших ребят.

Так, пересчитал, — ровно восемь, то есть добрались все, в связи с чем появляется смутное подозрение, что Нит’кау наткнулся на меня отнюдь не случайно, а был именно послан привести своего непутевого шамана к общей группе. Да и по фигу — времени у нас в обрез, а мы и так тут подзадержались, так что шагом, то есть бегом, марш!

Теперь вся надежда на Лга’нхи и на то, что я не утратил напрочь навыки бега. Вообще, в эту экспедицию отобрали исключительно степняков. Потому как в ближайшую пару дней нам придется много бегать. Я тоже пошел, хотя Лга’нхи поначалу и возражал, апеллируя к тому, что, мол, «я и тут пригожусь».

Понятно, он знает, как я бегаю, и потому предпочитает меня на это дело не брать. Да я бы и сам с удовольствием не пошел (я чё — дурак на такой геморрой добровольно вызваться?), если бы у предстоящей операции был бы хоть какой-то более-менее четкий план, который я мог бы вдолбить в головы соплеменников. Но, к сожалению, точного плана не знал даже я. Вся наша авантюра строилась на предположениях и догадках, и весьма вероятно, что по ходу нам придется много импровизировать, фантазировать и выдумывать. А у местных известно какой разлет импровизации — либо бить справа, либо слева, и это предел! А если честно: когда втравливаешь друзей в подобное смертельно опасное предприятие, проще пойти с ними, чем сидеть, мучаясь сомнениями и ожиданием худшего. Понимаю, что это эгоизм. Но ничего с собой поделать не могу!

Ладно. На первом этапе нам предстоит пробежать не более семи-восьми километров, — сущие пустяки, по меркам степняков. Они бы без проблем пробегали такие дистанции, чтоб спросить у приятеля «скока время», если бы тут хоть у кого-то были часы. Да эти жалкие километры даже я пробегу без проблем. Ну почти без проблем, все-таки не бегал я довольно давно, а темп, который задал нам Вождь, несколько энергичней привычного мне. Нам-то всего-то и надо — обогнуть лагерь наших преследователей со стороны степи, да еще и на таком расстоянии, чтобы ночной бриз не донес наш запах до пасущихся верблюдов. И если бы еще не приходилось бежать ночью. Уф-ф-ф. Кажется, все. Лга’нхи дает команду залечь. А еще машет мне рукой, эксплуататор хренов, даже отдышаться нет возможности.

Угу, оказывается, пока мы «неспешно прогуливались», Тов’хай, наш самый молодой участник подлой диверсии, уже успел смотаться на пару километров дальше и разведать положение второго лагеря, и теперь на пальцах делится своими впечатлениями с Вождем и сотоварищами. Ну, в общем, пока все нормально. А вот некоторые подробности про этот лагерь знать бы не помешало. Даю несколько ценных указаний, и Тов’хай с Нит’кау беззвучно поползли в степь.

Да, может, сейчас они и оикия, приученные биться в строю. Но и навыки старой степной войны у них остались. Буквально только что были здесь — пара движений, и их уже не слышно, не видно. Признаться, даже жутко становится. Даже этот сопляк Тов’хай может запросто подползти ко мне со спины и содрать скальп, прежде чем я успею что-то сообразить. Все-таки место крутого шамана не в разведке и не на диверсионной операции, а в мастерской за мольбертом, в смысле, набитом глиной поддоном, или там, при штабе, на мягком диване с чашечкой кофы в руке.