Читаем Свинцовые сумерки полностью

Кузьма прижал к губам украшение, сдерживая широкой ладонью страшную боль в груди. Это все, что осталось у него от дочери, любимой хохотушки Катеньки, которую обожала вся деревня. Глеб стоял рядом, растерянный и смущенный, не зная, как утешить старика. Да и понимал разведчик – не найдутся такие слова, что уменьшат горе отца, потерявшего любимую дочь. Проклятый Гитлер сломал, разрушил жизнь мирного человека, и теперь остается только кричать от боли либо мстить за погибших любимых, родных, близких. Что и сделал бедовый Дениска, когда увидел украшение Катерины, которая никогда уже не станет ничьей невестой.

Глеб лишь нашел в себе силы, чтобы сжать плечо командира отряда и горячо пообещать:

– Отомстим, отец, за все, за каждую слезу, за каждого убитого ответит проклятый Гитлер!

Он оставил Кузьму в одиночестве, чтобы тот мог не стесняться скупых мужских слез. Сам проследовал к крошечному костру, который теплился под решеткой из веток и сучков, чтобы его отблески не были видны воздушной немецкой разведке. Машура робко протянула котелок, обернутый в чистую тряпицу:

– Вот ужин, вы садитесь. Я тулуп подстелила, чтобы помягче вечерять.

Когда Шубин принялся жадно есть лепешку, запивая ее теплым напитком из чаги, она протянула ему исписанный листочек:

– Шифровка пришла из штаба во время сеанса связи. Для вас. Я записала, каждую цифру. Правда, ключа к шифру нет.

Глеб кивнул с набитым ртом – спасибо. Девушка тихо, будто про себя продолжила:

– Ребята умотались, попадали все и уснули. Один Денис мается, к отшибу ушел и сидит, весь сам не свой.

Капитан вздохнул. Сейчас, после рассказа Кузьмы, еще тяжелее было объяснить мальчику, что он поступил неправильно. Но придется все-таки это сделать, Дерябин потрясен страшной находкой, а младший Савельев не находит себе места от чувства вины. Он спас всю операцию, выполнил приказ командира и имеет право на разговор по душам.

С кружкой теплого чая из чаги Шубин прошел мимо костра, самодельного шалаша к высокой стене из валежника. Здесь, как воробей на жердочке, сидел нахохлившийся Денис, которого скрывали тяжелые ветви огромного дерева. Из листвы торчали только ноги в огромных изношенных сапогах.

Шубин поднял голову: тучи рассеялись, и теперь в небе сияли россыпи звезд. От взгляда на них на несколько секунд стало легко внутри, будто нет никакой войны, а ты проснулся среди ночи от жажды и вышел на крыльцо своего дома, чтобы полюбоваться на красоту ночного неба. Сверху раздался глухой голос Дениса:

– Судить меня будете, товарищ командир? Военным трибуналом?

Шубин сделал глоток:

– Я знаю, почему ты на немца напал без приказа, мне твой командир все рассказал. Про Екатерину Кузьминичну рассказал. – Глеб ласково тронул мальчишку за носок заношенной обувки. – Ты выполнил мой приказ и взорвал мост, хотя по плану такого не задумывалось. Ты вел себя как герой. Но и у героя бывают минуты слабости. Знаешь, думаю, что на твоем месте я бы поступил так же.

– Правда? – между листьев показалась круглая голова, Дениска внимательно смотрел на разведчика, ловил каждое его слово.

– Правда, – кивнул Шубин. – Иногда бывает что-то более важное, чем приказ. Я много лет служу в армии и знаю, что настоящий боец прежде всего всегда остается человеком. Так что судить тебя не будем, ты и сам себя уже осудил за необдуманный поступок. Там могла погибнуть вся разведгруппа. – Он снова взглянул на огромные, как жемчуг, звезды. – Ты не забывай о живых, когда мстишь за мертвых, Денис. О братьях своих, о товарищах по отряду, о командире. О всех людях, что живы. Они ведь живы, ждут победы, каждый день ждут. Сегодняшний твой поступок смелый на один шаг приблизил нашу страну к победе над Гитлером. Надо продолжать шагать дальше в ту же сторону, не отвлекаться на месть, понимаешь?

– Я понимаю, товарищ капитан! – Дениска спрыгнул с ветки и вдруг прижался к разведчику. Сейчас он не выглядел как взрослый, а был настоящий, открытый и измученный страшной войной мальчик. – Я обещаю вам, клянусь, честное пионерское, всегда буду думать наперед!

– Правильно, правильно мыслишь, Дениска. – Теплая рука разведчика приобняла крепкие плечи. – Если каждый будет думать наперед, каждый будет таким же смелым, как и ты, то мы врага одолеем в два счета. Непременно одолеем! – Он был рад, что помог мальчишке разобраться с мрачными мыслями. И тут же стал серьезным. – А теперь приказ командира – отдыхать и набираться сил. Выполнять, рядовой Савельев!

– Есть – набираться сил! – Дениска, успокоенный важным разговором с командиром, козырнул в ответ и пошел к шалашу, где уже спали его старшие братья.