Читаем Свинья или гусь полностью

Двухэтажная гостиница стояла в глубине двора, окруженная как попало налепленными хозяйственными постройками. Еще не зайдя в ворота, путник увидел знакомый экипаж. Он стоял под дождем; переднее колесо с переломанными спицами лежало рядом. Возница возвращался в город, для чего распряг и оседлал самую резвую лошадь. Он выехал навстречу путнику и проскакал мимо, обдав его грязью.

Вторую лошадь посреди двора неспешно распрягал высокий светловолосый мужчина с военной выправкой. Лицо его можно было бы назвать красивым, если бы не глаза. Незнакомец смотрел на мир настороженно, словно не ожидал от него ничего хорошего. Стараясь не увязнуть в грязи, путник подошел ближе и дружелюбно поинтересовался:

– Что, не повезло господам?

– Поломались бы посреди дороги – повезло бы еще меньше, – буркнул работник.

– Это точно… Как у вас с кормежкой? А свободные комнаты есть?

– Кормят. А насчет комнат – войди да спроси. Нашел привратника… – и брюзга махнул рукой в сторону гостиницы. Пожав плечами, путник отправился в заданном направлении.

Увесистая дверь с трудом распахнулась, выпустив облако теплого воздуха. Переступив порог, путник оказался в просторном обеденном зале. Здесь жарко пылал камин, а из открытой кухни неслись такие ароматы, что у голодного путника закружилась голова. Миновав лестницу, ведущую на верхний этаж, он приблизился к прилавку, за которым стоял трактирщик.

Это был сухопарый мужчина лет пятидесяти на вид. За его спиной стоял грубо сколоченный буфет с винными бутылками и чистой посудой. В эту минуту трактирщик без особого рвения решал вопрос с ночлегом для семейства Кланду. Отец и дочь были здорово вымотаны и молча восседали на дорожных сундуках, однако старая мадам не растеряла обычной бодрости. Ее причитания были слышны даже в Париже:

– Два ливра за комнату с тремя кроватями! Вы в своем уме? Мой муж – уважаемый в Бельфонтене человек, и он болен! Дочь устала с дороги! Как прикажете троим ютиться в этой вонючей клетушке? Я не желаю кормить клопов!

– Мадам, наш лучший номер занял знатный господин, в другом остановился купец из Сен-Клод. Каморку для слуг я вам не предлагаю. Этой ночью вы покормите или моих клопов, или медведей в лесу.

– Да я…

– Дорогая! – вполголоса увещевал ее муж, – Это всего на одну ночь. Карету завтра починят, и мы двинемся дальше,

Женщина приготовилась дать супругу достойную отповедь, когда заметила путника. Он подошел совсем близко и опустил сумку на скамью. Звякнуло стекло. Мадам уставилась на старого знакомого, затем схватила с прилавка ключи и сбежала наверх, увлекая семейство за собой.

Хозяин не смущаясь разглядывал нового гостя. Лет тридцати пяти, в черном с головы до ног и с сумкой, полной стекла. Ничто в облике путника не говорило о высоком положении и наличии денег. Трактирщик без лишних церемоний сказал:

– Если нужен ночлег, свободна только комната для слуг. Десять медяков за ночь, пятнадцать с кормежкой.

Путник развязал тесемки плаща, порылся за пазухой и положил на прилавок серебряный ливр.

– Сдачи не требуется. Ужин должен быть горячим, и поскорее.

Получив монету, трактирщик проникся к гостю симпатией.

– Ужин будет готов через час, – сказал он, открывая регистрационную книгу, – Ваше имя, мсье?

– Я доктор. Доктор Андре Эрмите, – помедлив, ответил путник. Представляться врачом не входило в его планы, но менять личину в присутствии Кланду было бы глупо, – Кто-нибудь сможет привести в порядок мою одежду и сапоги?

– Оставьте их за дверью, к утру будут как новенькие. Ваш ключ, мсье. От лестницы первая дверь налево.

Хозяин выдал гостю ключ и вышел на кухню. Путник сбросил грязный плащ на скамью, подошел к камину и протянул руки к пламени. Снаружи выл ветер, косой дождь колотил по мутным стеклам окон, выходивших во двор. Накануне ужина обеденный зал пустовал. Из-за открытой двери доктор слышал спор между трактирщиком и кухаркой.

– Через час?! Как ты себе представляешь ужин через час? Я едва начала готовить для этих господ из Бельфонтена, а теперь еще один постоялец.

– Не твоего ума дело, знай готовь! – оборвал женщину хозяин.

– Я-то приготовлю, только не через час, а через два! Ясно, Пьер? Ты от жадности совсем ум потерял – пускать приличных людей в каморку для слуг. Уйди с глаз моих…

Хмурый трактирщик вернулся за стойку. Заметив, что новый постоялец еще в зале, он нахмурился еще сильнее и уткнулся в регистрационную книгу. Путник собрал свои вещи и поднялся по скрипучей деревянной лестнице.

В коридоре наверху было темно. Андре ощупью добрался до ближайшей двери и отпер замок. Крошечная каморка располагалась совсем рядом с лестницей. Рядом с дверью доктор увидел шаткий стул, бросил на него плащ и вошел внутрь.

Каморка для слуг оказалась совсем тесной, крошечное окно виднелось под самым потолком. Соломенный тюфяк, ветхий сундук – вот и вся обстановка номера за десять су. В другое время Эрмите потребовал бы для себя лучших условий. Возможно, даже громче, чем это сделала мадам Кланду. Но сегодня было не до роскоши. Ему нужен ночлег, тепло и горячая пища, чтобы собраться с силами перед грядущими хлопотами.