Читаем Свифт полностью

Когда Свифт кончил чтение, лэди Беркли стала расхваливать Бойля. В это время пришли гости, и Свифт вышел, оставив книгу открытой. Графиня, обратившись к гостям, сказала: «А мне доктор сейчас читал «Размышления над ручкой метлы» Бойля.» Гости переглянулись, выразили удивление и сказали, что ничего подобного у Бойля нет.

— Как нет? — воскликнула лэди Беркли, — да книга еще раскрыта на том же месте.

И схватив книгу, она увидела вклеенную рукопись Свифта. Она сперва рассердилась за эту мистификацию, а потом сама смеялась над ней.

_____

Свифт хорошо знал теперь неустойчивость положения доверенного лица при политическом деятеле. Он всеми силами Добивался получения какого-нибудь самостоятельного места и старался использовать влиятельных друзей для получения хорошего прихода.

Ему давали обещания, но ничего определенного для него не делали. Между тем на его горизонте скоплялись тучи. Некий интриган Бэш занял вместо Свифта место секретаря. Свифту пришлось довольствоваться только должностью домового капеллана. Он решил добиваться богатого прихода Дерри, но ему не удалось его получить вследствие происков того же Бэша и епископа Кинга.

Лорд Беркли посоветовал ему обратиться насчет этого места к Бэшу. Негодяй потребовал взятку в тысячу фунтов стерлингов.

Свифту (показалась, Что лорд Беркли также участвует в этой сделке. В негодовании он крикнул, что Бэш и его хозяин — два негодяя и покинул дублинский замок, где он жил у Беркли.

Лэди Беркли, прекрасно относившаяся к Свифту, выступила в качестве посредника между священником и его патроном. Ей удалось их помирить, и вскоре Свифт получил небольшой приход в ирландском селе Ларакор с годовым доходом в триста фунтов стерлингов.

В 1700 г. Свифт переселился в Ларакор.

5

Свифт любил путешествовать пешком. Как иначе мог познакомиться он с простым народом, с теми обездоленными бедняками, ограбленными английскими властями, которые блуждали по проселочным дорогам Ирландии, сопровождали обозы, тщетно искали работу или попросту просили милостыню?

Он наслушался немало горьких повествований от этих людей во время ночевок в тавернах и на постоялых дворах, во время скромных трапез в сельских кабачках.

Скромно, пешкам отправился Свифт в Ларакор, к месту своего нового служения.

Это не было смирением, примиренностью с тягостными обстоятельствами, вынуждавшими его на жизнь в ирландской глуши. Он набрался терпения. В этом была какая-то своеобразная горькая мудрость, та мудрость, о которой Свифт рассуждал метко и афористически:

— Мудрость — это лисица, которая после продолжительной охоты за ней, может в конце концов оставить вас с пустыми руками. Это — мех с вином, которое чем больше вы его пьете, тем кажется вам слаще.

— Мудрость — это курица, кудахтанье которой мы должны ценить.

Старый пастор до того растерялся от неожиданного появления Свифта и его вопроса, что едва пробормотал: — «Джонс».

— «Хорошо, сказал Свифт, а я ваш начальник».

Приходский священник и его жена засуетились, чтобы достойным образом принять неожиданно прибывшее начальство. Сперва Свифт отнесся высокомерно к окружающим, но затем дал почувствовать, что под маской презрительности кроется доброта и отзывчивость. В его странном и противоречивом характере был такой способ воздействия на окружающих. Ему казалось, что высокомерием и угрюмостью, лаконичностью разговора и неприветливостью он может внушать к себе особое почтение.

Он был мнителен, бедняга Свифт, и ему всегда казалось, что в том кругу, в котором он вращался, его мало ценят, мало уважают и мало с ним считаются.

Каким заброшенным, жалким местом показался ему после Дублина Ларакор, с полуразрушенной, пустой церковью, нищенским населением и покосившейся лачугой, предназначенной для него.

С большим терпением и необычайной энергией Свифт начал приводить в порядок свой домик и ларакорский приход.

Он отремонтировал жилище, развел садик вокруг своего дома. Эта была маленькая пародия на парк сэра Вильяма Темпля. Он прорезал в своем парке узкие каналы, обсаженные плакучей ивой, насадил цветов. Он несколько приукрасил жалкую церковку и вынужден был довольствоваться тем, что едва десяток прихожан являлся послушать проповеди нового викария.

В первый же день, когда была объявлена проповедь Свифта, в церкви никого не оказалось, кроме сторожа и причетника Роджера Кокса.

Этот Роджер Кокс был парнем чудаковатым и остроумным, не уступавшим в эксцентричности своему патрону. Он обратил на себя внимание Свифта своей комической внешностью и ярко красным жилетом, в котором он всегда ходил. На вопрос Свифта, почему он носит такой жилет, Кокс ответил, что он принадлежит к воинствующей церкви.

Чувствуя себя в ссылке в этом местечке, погрязшем в нищете и невежестве, Свифт вместе с тем не обольщался относительно предстоящей длительности этой ссылки.

Ему приходит мысль пригласить сюда свою путеводную звезду, [Стеллу, Эстер Джонсон. Он отправляется в Англию для того, чтобы убедить ее переселиться в Ирландию, где находились земли, завещенные Стелле Темплем, где деньги были дороги, но зато жизнь была дешева.