– Господи! М-да, вряд ли они будут вмешиваться в ситуацию и вставлять нам палки в колеса, но лучше бы вам на всякий случай получить их официальное разрешение. Неужели у девочки нет родственников?

– Бабушка с отцовской стороны живет в Вегасе. С материнской стороны никого нет. Дядей и теток ни с одной стороны нет.

– Да, бедной девочке не повезло, – пробормотал Уитни.

«Наоборот, ей крупно повезло, – подумала Ева. – Она осталась жива».

– Детектив Пибоди! – сказала она громко. – Вы ведь говорили с ее бабушкой?

– Да, лейтенант. Я уведомила ближайшую родственницу. Мне было сказано, что мать отца не является законным опекуном в случае смерти или инвалидности родителей. И, скажу вам честно, хотя она была шокирована и расстроена, она не выразила желания приехать сюда и попытаться получить опеку над несовершеннолетней внучкой.

– На нет и суда нет. Даллас, поговорите с Дайсонами при первой же возможности и уладьте это дело. Держите меня в курсе.

– Да, сэр.

Когда они шли обратно к лифту, Пибоди сказала Еве:

– Не думаю, что сейчас лучшее время для Дайсонов. Я дала бы им еще по крайней мере сутки.

«Чем больше, тем лучше», – подумала Ева и молча кивнула.

5

Уличные фонари уже стали загораться к тому времени, как Ева выехала из Управления и направилась в Верхний город. При обычных обстоятельствах кошмарное уличное движение дало бы ей прекрасный повод порычать и поругаться, но в этот вечер она была рада растянуть дорогу до дома.

Она установила метод и тип убийц. Она могла мысленно пройтись по месту преступления бессчетное число раз, шаг за шагом. Но она не могла обнаружить мотив.

Она застряла в пробке и, глядя на задний бампер переполненного сдвоенного автобуса, уже в который раз перебирала в уме детали дела. Насилие без страсти. Кровавое убийство без неистовства.

В чем же тут фишка? В чем причина?

Действуя инстинктивно, Ева набрала личный номер Рорка на телефоне, висевшем на приборном щитке.

– Лейтенант?

– Как у тебя дела? – спросила она.

– Здоров, богат и мудр. Как у тебя?

– Ха! Коварная, злобная, вредная.

Его смех заполнил салон машины, и ей стало чуточку легче.

– Вот такая ты мне и нравишься.

– Ты где, Рорк?

– Пробиваюсь через эти чертовы пробки к родным пенатам. Надеюсь, ты делаешь то же самое.

– Совпадение. Как насчет отклонения от маршрута?

– А оно предусматривает еду и секс? – Он одарил ее лукавой улыбкой с экрана видеофона. – Честно говоря, рассчитываю на оба варианта.

«Странно, чертовски странно, – думала она. – Два года мы вместе, а эта его улыбочка до сих пор вызывает у меня сердцебиение».

– Возможно, позже, но первым блюдом в нашем меню стоит убийство.

– Поделом мне за то, что взял в жены легавую сучку.

– Между прочим, я тебя предупреждала. Погоди минутку. – Ева высунулась из окна и накричала на разносчика рекламы, который чуть не снес ей левую фару, лавируя среди машин на скейтборде. – Полицейская машина, задница! Будь у меня время, вбила бы я твои яйца тебе же в глотку этим скейтбордом.

– Дорогая Ева, ты же знаешь, как меня волнуют и возбуждают подобные слова. Как же мне теперь не думать о сексе?

Ева втянула голову внутрь и бросила свирепый взгляд на экран.

– А ты думай о возвышенном, о вечном. Мне надо еще разок пройтись по месту преступления. И мне бы не помешала еще одна пара глаз.

– Работы у копа всегда хоть отбавляй. Тем более у моего копа. Говори адрес.

Она дала ему адрес.

– Встретимся на месте. И если ты приедешь первым, ради всего святого, не трогай печати на дверях. Просто подожди. О черт, парковка! Тебе же понадобится разрешение! Я…

– Не понадобится, – сказал он и отключился.

– Все верно, – обратилась она к отключенному телефону. – Как-то я вдруг расслабилась и забыла, с кем имею дело.

Ева не знала, как Рорк улаживает досадные мелочи вроде разрешения на парковку, да и не хотела знать. Он как раз выходил из машины, когда она подъехала. Она поставила машину сзади и включила сигнал «На дежурстве».

– Славная улица, – заметил Рорк. – Особенно в это время года, когда кругом лежит палая листва. – Он кивнул на дом Свишеров. – Отличная недвижимость. Если они успели хоть что-то выплатить по закладной, по крайней мере девочка не останется без гроша. Хватит того, что она осталась сиротой.

– Дом почти выкуплен, плюс у них есть стандартные страховки, вложения, сбережения. В деньгах она нуждаться не будет. В том-то все и дело, к совершеннолетию она получит кругленькую сумму. Они оба оставили завещания. Трастовые фонды для детей под управлением законных опекунов и финансовой фирмы. Это, конечно, не миллиарды, но люди убивают ради проездного на метро.

– Они сделали распоряжения относительно наследников второй очереди, если с детьми тоже что-то случится?

– Да. – Эту версию она уже тоже успела обдумать. Истребить семью и огрести легкие денежки. – Нет, здесь ваши не пляшут. Все пойдет на благотворительность. Детские дома, педиатрические центры. Причем адресатов несколько. Никто не получит слишком жирный кусок пирога. А индивидуально вообще никто не обогатится.

– А фирма?