Читаем Свидетель смерти полностью

– Пока мы этого не знаем. Не исключено, что один из детей или оба были главной мишенью. Может, кто-то из них что-то видел, что-то слышал, что-то знал, в чем-то был замешан. Мы не можем с уверенностью утверждать, что взрослые были главной мишенью. Фишка в том, что они все должны были умереть, все обитатели дома. Вот с этого и начнем.

* * *

Она опоздала на встречу с Мирой, но тут уж ничего нельзя было поделать.

Ева застала Миру в гостиной. Она сидела за столом, пила чай и работала на портативном компьютере.

– Извините. Меня задержали.

– Ничего страшного.

Мира отодвинула компьютер. На ней был костюм простого покроя, но очень изысканного цвета: то ли дымчатого, то ли голубого, то ли серого. Каким-то чудом ей всегда удавалось подбирать туфли того же цвета. В ушах у нее были изящные серебряные сережки, на шее – три тонкие цепочки. Ева не знала, как ей удается достигать такой элегантности: то ли это был результат стратегического планирования, то ли природный дар.

– Она спит. Девочка, – пояснила Мира. – Соммерсет следит за ней по монитору.

– Это хорошо. Мне необходимо влить в себя порцию настоящего кофе, а то мои мозги расплавятся. Вам принести?

– Спасибо, нет.

Ева отодвинула панель на стене и включила «автоповар».

– Вы получили отчет?

– Именно его я и читала, когда вы появились.

– Данные пока отрывочные, у меня не было времени восполнить пробелы. Пибоди пытается получить разрешение на доступ к данным несовершеннолетних. Проведем опрос в школах, посмотрим, что там можно найти.

– А вы надеетесь что-то там найти? Думаете, дети были мишенью?

Ева пожала плечами, потом закрыла глаза, позволяя кофе сделать свою работу.

– Мальчишка мог быть замешан в деле с наркотиками. Или спутаться с плохими парнями. Возраст такой. Это нельзя сбрасывать со счетов. А вот другая возможность: он или его сестра, а может, и оба вместе что-то видели или слышали, и это потребовало их устранения. Конечно, это мог быть кто-то из взрослых, вероятность выше. Но пока все это лишь предположения.

– Не было жестокого насилия, уничтожения собственности?

– Ничего такого. И если с места преступления что-то было взято, нам об этом неизвестно. Время рассчитано идеально. Командная работа, все четко по плану. Чистая работа, отлично выполненная.

– Из уст любого другого человека это прозвучало бы как холодное и бессердечное замечание.

Глаза Евы потемнели.

– С их точки зрения, так оно и было. Холодная, бессердечная и хорошо сделанная работа. Только они кое в чем ошиблись. Они скоро это поймут, дайте только прессе добраться до этого дела.

– И тогда они захотят закончить то, что начали, – нахмурилась Мира. – Поэтому вы привезли девочку сюда.

– Это одна из причин. Здесь как в танке. А если я буду держать Службу защиты детей на расстоянии, у меня будет неограниченный доступ к очевидице. Да и девчонка психанула, как только увидела социального работника. Уперлась, и ни в какую. Если она будет в истерике, какой мне от нее толк?

– Вы забываете, с кем говорите, – мягко напомнила Мира. – У вас был бы полный доступ, даже если бы ее забрала Служба защиты детей и поместила в приют. Вы ей сочувствуете, но это вовсе не делает вас плохим полицейским.

– Она позвонила в Службу спасения. Она ползла по крови своих родителей. Да, я ей сочувствую. И я знаю: если девочка может такое выдержать, значит, выдержит и то, что ей еще предстоит. – Ева села напротив Миры. – Не хочу нажимать не на те кнопки. Я могу сказать что-нибудь не то, и она замкнется. Но мне нужны детали, нужна информация. Все, что я смогу из нее выкачать. Поэтому мне нужна ваша помощь.

– Я вам помогу. – Мира отпила чай. – Мой предварительный анализ таков: ваши убийцы действительно были командой. Скорее всего, работали вместе и раньше. Несомненно, им уже приходилось убивать. Люди зрелые, наверняка прошли специальное обучение. Военная или военизированная организация. Или преступное сообщество. В том, что они сделали, не было ничего личного, хотя, с другой стороны, убийство целой семьи, убийство детей – это, безусловно, личное дело. Я уверена, что это не было убийством ради острых ощущений и уж точно не на сексуальной почве.

– Ради выгоды?

– Очень может быть. Но, скорее всего, они выполняли приказ. Или долг. То, что считали своим долгом. Мотив? – Мира задумчиво отпила чай. – Нам нужно больше узнать о жертвах, чтобы установить мотив. Но вот кто эти убийцы? Люди опытные, безжалостные, они доверяют друг другу. Организованные и уверенные в себе.

– Это была спланированная операция, я уверена. Заранее подготовленная и проработанная.

– Думаете, они имели доступ в дом до вчерашней ночи? – спросила Мира.

– Возможно. В любом случае они знали план дома. Знали, кто где спит. Если бы основной целью была экономка, не было бы смысла подниматься на второй этаж, а если бы метили только в хозяев, не было бы смысла убирать экономку. Но убрали всех. – Ева бросила взгляд на часы. – Долго она будет спать?

– Трудно сказать.

– Мне не хотелось бы вас задерживать.

– Да и вам самой не терпится приступить к работе.