Читаем Святой против Треугольника полностью

– Замок Бартона, – пробормотал Саймон. – Я должен был сразу сообразить, что это дело касается старика. В общем-то, я даже рад встретиться с ним. Что касается вас, чудовище, – прибавил он, обращаясь к Джейсону, – имейте в виду: Бартон хорошо разбирается в людях. Особенно если ему приходится общаться с бандитами. Нюх никогда его не обманывал.

– Ну что ж, его ожидает приятный сюрприз в вашем лице, – быстро отпарировал Джейсон.

Автомобиль въехал на площадь перед замком, тяжелая решетка без малейшего скрежета поднялась...

– Какой прогресс в этом средневековье, – заметил Святой, нажав на акселератор.

Автомобиль въехал в крепостные ворота. Никто их не встречал, все казалось вымершим.

– Не беспокойтесь, – пояснил Фергус, – здесь так всегда. Вне сомнения, за ними наблюдали, так как одна из дверей медленно повернулась, а подъемный мост встал на место. Из динамика, спрятанного в кладке столба, раздался скрипучий голос:

– Добро пожаловать!

Фергус вышел первым и поднялся по ступенькам террасы. Перед ним отворилась дверь, и на пороге появилась фигура лакея, одетого по моде прошлого века, в напудренном парике.

Смешение стилей, как видно, не коробило Бартона.

– Мистер Бартон вас ждет, – объявил лакей.

Действительно, снова раздался тот же искаженный динамиком голос:

– Входите, входите! Вот уже семьдесят лет я жду этого момента... и у меня осталось мало времени. Входите!

Прибывшие прошли в огромный зал. Сине-зеленый таинственный свет проникал через три высоких окна с витражами и выхватывал из полумрака огромный камин, возле которого стояло кресло-каталка с сидящим в нем человеком. Несмотря на сильную жару снаружи, в камине горели целые бревна: отблески танцующего пламени смешивались со светом, проникающим в окна, и благодаря этому зал имел совершенно фантастический вид. Вдоль стен стояли доспехи всех времен и народов, а сами стены были сплошь увешаны оружием. В дальнем углу возвышалась конная статуя закованного в доспехи рыцаря, как бы приготовившегося к турниру.

Мэри шла во главе группы, она едва передвигала ноги – так на нее подействовала обстановка.

– Ну, идите же! – проворчал голос. – Кого вы собираетесь мне представить, Фергус?

Старик развернул кресло и довольно ловко поехал навстречу своим посетителям. Некоторое время он разглядывал их, слушая, как адвокат представлял прибывших:

– Вот Мэри Грин и Крис Джейсон, мистер Бартон.

Острый взгляд старика переходил с одного на другого, потом он скривился, изображая улыбку:

– Мэри Грин... внучка Дэниса Грина, я полагаю?

– Да, мистер Бартон... – выдавила из себя Мэри.

Он кивнул головой и что-то пробормотал.

– А вы? – спросил он, рассматривая Криса.

– Мой дед – Билл Джейсон.

– Старый Билл, – пробормотал Бартон.

Его голова поворачивалась с быстротой, поразительной для такого старого человека. Он был похож на грифа, возраст которого было трудно определить. Бартон повернулся, чтобы посмотреть на Святого.

– А ты? – спросил он. – Тебя я не приглашал. Кто ты? Репортер? Меня не удивит, если ты окажешься авантюристом – ты предчувствуешь запах миллионов, да?

Святой вынул сигарету и закурил.

– Ты тоже мне нравишься, Амос Бартон, – с улыбкой заявил он.

– Браво! – одобрил старик. – Иди, садись сюда. Держу пари, что ты интересуешься этой девочкой. Садись и ты, Мэри Грин. Ты мне нравишься, малышка...

Один момент он смотрел на нее: нежная улыбка преобразила его морщинистое лицо, насколько это было еще возможно. Потом пронзительный взгляд его блеклых глаз устремился на Джейсона.

– Садись ты тоже, мой мальчик. А вы, Фергус, оставайтесь там!

Он командовал, и никто не собирался возражать ему. В нем чувствовалась личность. Лакей в костюме прошлого века молча подвинул столик на колесах, совершенно современный, на нем стояли бутылки, стаканы, ведерко со льдом. Он осведомился о желании каждого и занялся напитками. Амос Бартон уронил подбородок на грудь, но он не спал, это было видно по его пальцам, которые время от времени сжимались. Наконец он поднял голову:

– Не спрашивайте меня ни о чем! Ни о чем не спрашивайте меня! Я сам расскажу, как семьдесят лет тому назад убил ваших дедов, одного и другого.

Взгляд старика переходил с Криса на Мэри, он снова улыбался. Он ждал протестов, но их не последовало. Только Мэри задрожала, а Святой заерзал в своем кресле. Старый человек искоса посмотрел на него и подмигнул.

– Как тебя зовут? – небрежно спросил он.

– Саймон Темплер, – ответил тот.

Глаза Бартона блеснули.

– Святой! – сказал он. – Ты поймешь меня лучше, чем эти желторотые.

Его рука указала на стеклянную коробку восхитительной старинной работы, попавшую сюда, возможно, из какого-нибудь поместья на берегу Луары: там были сигареты и сигары.

– Угощайтесь!.. Фергус, где документы?

Адвокат протянул бумаги, которые он взял у Мэри и Криса. Бартон бегло просмотрел их.

– Дэнис Грин... Билл Джейсон... – бормотал он. – Двое моих товарищей... моих, Амоса Бартона, который убил их обоих... убил, чтобы украсть... У вас есть кусочки серебра? – перебил он себя резким тоном, напомнившим о былой силе этого человека.