Читаем Святилище полностью

«Мне бы так научиться, – с завистью подумал Кар. – Даже если и не моя была бы сейчас очередь дежурить, вряд ли сумел бы заснуть». Не простой он человек, Хват. Ой не простой. Но это и понятно. Вряд ли дураку удалось бы дослужиться до главы Тайной канцелярии. И ему всегда благоволил Судья. В который уже раз Кар почувствовал легкий укол ревности. Судья никогда не выделял кого-то из них, но отверженец так и не смог за все эти годы смириться, что у Хозяина, помимо него самого, есть еще один любимый пес.

Ему всегда хотелось, как следует покопаться у Хвата в голове. Но сыскарь был не прост. Всегда держался начеку. По мере надобности Кар иногда применял к Хвату легкое воздействие, да и то старался этим не злоупотреблять. Не ровен час – заметит, а в открытую заполучить такого врага и врагу не пожелаешь. Отверженец мысленно улыбнулся получившемуся каламбуру. Несколько раз он, подгадывая момент, подкатывал к Судье с предложением применить к Хвату Дар, так сказать, для выяснения верноподданнических настроений. Тот его всегда внимательно выслушивал, кивал, но ни разу не дал на то своего согласия.

«Ладно, оставим до лучших времен, – Кар с трудом оторвал взгляд от мирно спящего сыскаря. – Столько всего нужно сейчас обдумать».

Очень хотелось верить, что Хват правильно понял намерения Вождя кочевников. В противном случае, выходило все совсем уж нехорошо. Кар не считал себя знатоком в вопросах политики степного народа и не взялся бы предсказывать дальнейшие намерения Тын-Карантына. Если среди качиконов начнутся реальные сражения за обладание Золоченым Седлом, то собрать армию, достаточную для завоевания Великого Города, не сможет ни один из вождей. И тут правота Хвата становилась очевидной. Помочь Тын-Карантыну укрепить его власть – значит ускорить выполнение миссии. Лишь бы не закончились у Вождя амбиции после похода в Срединные Земли. В том, что захват произойдет быстро и без особого труда со стороны качиконов, Кар не сомневался. Немногочисленное население сразу покинет свои дома при первом же слухе о приближении степной орды. Побегут в направлении Великого Города, надеясь на защиту высоких и крепких стен. Совет Хранителей едва ли обрадуется такому развитию событий. Кого-то, возможно, и примут, но большую часть беженцев завернут обратно еще на ближних рубежах. Лишние рты не нужны никому. О людях правители помнят при сборе налогов, но тут же забывают во времена бедствий.

Кар взвесил на ладони кубик энергонакопителя. Отверженцу нравился этот термин. Слово было не обычное, а как будто из другого мира. Впервые его значение растолковал старейшина в общине Скорби. Тот говорил, что эта самая энергия находится во всем – в лучах Орфиуса, в порывах ветра, в стремительно текущей горной реке, в бьющих из облаков молниях. В стародавние времена, когда Ушедшие спустились в этот Мир, они научили людей собирать энергию вот в такие кубики, но потом с Великим Уходом знания были утеряны. Многое бы Кар отдал сейчас, чтобы отыскать их. Но пока единственная надежда была на Серую Льдинку. Без нее весь план Судьи не стоил и дохлой собаки.

Стараясь не шуметь, отверженец достал Книгу Просвещения, поискал глазами, куда бы пристроиться, чтобы на страницы падало достаточно света от безучастной Доминии. Сел неподалеку от выхода из пещеры, расстелил на плоском камне тряпицу, чтобы не поцарапать переплет, и неспеша вытащил из-за голенища тонкий стилет. Кару не раз доводилось работать со старинными рукописями и манускриптами, и он хорошо знал, что действительно ценные образцы нередко имели свои секреты. Потайные секреты. Кар осторожно поддел тонким лезвием одну из трех золоченных застежек, скрепляющих кожаные переплеты. Так и есть. Застежка с легким звоном отщелкнулась, обнажив с тыльной стороны малозаметный, но острый шип. Скорее всего, за несколько столетий яд, покрывающий жало, успел разложиться, утратив свои смертельные свойства, но Кар совершенно не желал проверять это на себе. В свою бытность работы в Магистратуре Великого Города он достаточно наслушался жутких историй от убеленных сединой архивариусов.

С настоящими, не новодельными, фолиантами следует держать ухо востро. Предшественники делали все, чтобы мудрость, хранившаяся в них, не досталась непосвященным. В ход шли всевозможные ухищрения. Отравленные шипы и пропитанные ядом страницы были не единственными сюрпризами для искателей древних знаний.

По иронии судьбы, одним из этих драгоценнейших источников знаний владели полуграмотные кочевники, не представлявшие, что может почерпнуть из этого поистине бесценного фолианта образованный человек. Разумеется, в том случае, если сумеет продраться через громоздкие устаревшие обороты речи и иносказательный стиль повествования.