Читаем Священное сечение полностью

— Мы имеем дело с психом, отлично владеющим скальпелем. Эту женщину тоже изрядно порезали. Мне совершенно очевидно происходящее, однако у нашего американского друга есть своя теория. Мне хотелось бы знать, в чем она заключается.

Фальконе кивнул американцу.

— Агент Липман, кажется, считает это совпадением. И нет полной уверенности относительно скальпеля, Перони. Не надо спешить с выводами.

Перони скорчил Фальконе рожу. Мужчины обменялись быстрыми, только им двоим понятными взглядами. По мнению Косты, назревало что-то интересное. Затем Перони посмотрел на напарника, и выражение его лица как бы говорило: «Ты можешь в такое поверить?» И тотчас сердито взглянул на Липмана:

— Совпадение? Вы шутите?

Липман прищурился, всем видом давая понять, что имеет дело с весьма глупыми людьми.

— Я так не говорил. Нет, это не совпадение. Просто неряшливая полицейская работа. Благодаря вашей безалаберности много лишней информации проникло в средства массовой информации, и теперь уже половина Рима знает, как развлекается наш парень. Газеты полны сообщениями об этом. Люди завтракают, читают последние подробности о похождениях маньяка и гадают, что он выкинет в следующий раз. Кое-то думает, не поразвлечься ли и ему таким же образом. Не исключено, что кто-то уже начал копировать убийцу. Возможно, какой-то мужик задумал убить женщину и решил воспользоваться скальпелем, чтобы подозрения пали на разыскиваемого нами человека. Кто знает? Уж точно не вы.

Коста не верил своим ушам.

— Подражатель? Что это значит, черт побери?

— Прочитайте тот материал, который я вам послал! — пролаял Липман. — Поразмышляйте над ним. Наш маньяк — человек, во всем добивающийся совершенства. Он убивает людей особым способом. Кладет их по-особому, вырезает куски на спинах жертв, будто хирург. Не сечет их на части, чтобы потом запихать в чемоданы. И здесь мы столкнулись с заурядным случаем. Кроме того…

Липман прервал речь, как бы почувствовав, что зашел слишком далеко. Коста вспомнил, что говорила о нем Эмили Дикон. Фальконе тоже должен воспользоваться ситуацией.

— Что «кроме того», агент Липман? — спросил инспектор.

— Да ничего. На сей раз преступление совершено другим человеком. Я занимаюсь этим делом дольше вас и уже чувствую нашего парня.

Фальконе какое-то время хранил молчание. Думал и наблюдал за тем, как работают в машине эксперты.

— Я не знал, что агенты ФБР действуют на основании чувств.

— Да, да, — проворчал Липман. — Выкладывайте, что у вас там наболело.

— Возможно, что-то пошло не так, — предположил Коста. — Он потерял самообладание и совершил незапланированное убийство.

Липман недоверчиво скривил лицо.

— Разве вы не можете различить почерк преступника? Его modus operandi. Как это по-итальянски?

Брови Фальконе удивленно поползли вверх.

— Я проверю, — заявил он сухо. — Где девочка, Перони? Мне казалось, ты отвечаешь за нее.

Лицо здоровяка исказила гримаса.

— Не знаю. Я думал, она мне доверяет и нам не нужно держать ее под замком. С радостью пойду искать Лейлу, когда мне позволят этим заняться.

— Какой смысл? — сердито проворчал Липман. — Все малолетние иммигранты ведут себя подобным образом. Она просто обвела вас вокруг пальца. Да вас обмануть ничего не стоит. Упустили такую свидетельницу.

Выражение лица Перони заставило его умолкнуть. Ник Коста хорошо знал, что напарник может до смерти испугать кого угодно.

Перони толкнул Липмана в грудь и пробормотал:

— Я не с вами разговариваю, сэр.

Липман, едва сдерживая себя, уставился на Фальконе.

— С дисциплиной у вас тоже проблемы, Лео?

Перони сделал глубокий вдох, окинул американца суровым взглядом и удалился в сторону «Макдоналдса». Трое мужчин наблюдали, как он приблизился к безлюдной стойке, указал пальцем на какую-то еду и вернулся с гамбургером в руках, который разворачивал уже в пути, бросая бумагу прямо на тротуар с беспечностью, сводящей Косту с ума.

Перони вновь присоединился костальным с дымящимся гамбургером.

Коста слышал плаксивый голос Липмана и, зная, каковы будут последствия, все не мог поверить в то, что агент может быть так груб.

— Хватит! — взревел американец так громко, что даже Тереза Лупо, стоящая возле изуродованного «рено», повернулась в сторону мужчин. — Вы всегда так странно ведете расследование? У вас тут мертвая, разрезанная на части и упакованная в чемоданы женщина. Кругом полно полицейских, которые блюют, словно школьники на вечеринке. Какого же черта…

Перони сделал несколько шагов вперед, взял Липмана за воротник его зимнего пальто и запихнул гамбургер в широко открытый рот агента, так что булочка, майонез, овощи и серое жирное мясо расплескались по всему лицу, стекая вниз к белой рубашке и дорогому модному пальто.

Липман отпрянул назад, издавая нечленораздельные звуки и размахивая руками. Пища валилась ему на грудь. Он не спускал глаз с Перони, со страхом ожидая от него дальнейших действий.

Тот помахал пальцем у него перед носом:

— Смотри, в следующий раз я засуну гамбургер тебе прямо в задницу.