Читаем Священное сечение полностью

Потом Эмили попробовала ввести в поисковую систему имя Билла Каспара и не получила никакой информации. Ни черта. Странно. Будучи благодарна Филдингу за его завуалированную помощь, она понимала всю ограниченность ее возможностей. Ей не удастся пробиться в сердце внутренней сети ФБР, где хранятся залежи сверхценных сведений, ежедневно обновляемых и собираемых со всего мира секретными системами. Эмили полагала, что Филдинг сам установил некоторые параметры, используя лишь устаревшую информацию, судя по датам на найденных материалах. Существовало также множество систем защиты, которые она не понимала. В этом виделся некий смысл. Филдинг всего лишь старший сотрудник посольства, работающий в определенной области. Он не в состоянии открыть все двери.

Тем не менее в распоряжение Эмили попали копии ценных секретных сведений. Вот только надо отследить нужный материал. А для этого необходимо найти ключевые слова — термины, которые выведут ее прямо на важную информацию. Без них невозможно прочитать и доли того, что находится в Сети. Именно им следует отдать предпочтение. Но если даже она что-то найдет, как поступить дальше? При обычных обстоятельствах Эмили могла бы пометить нужные документы и установить базисные точки для дальнейшего поиска. Однако в таком случае ей не пришлось бы пользоваться фальшивым именем, дабы проникнуть в базу данных ФБР, что грозило увольнением со службы, а возможно, и арестом.

Нельзя ничего вводить, не оставив следов. Письмо с материалом из этой системы она также не может отправить. Тут есть свои замки. Невозможно даже скопировать и переместить статьи или заметки в другие документы, а потом извлечь их оттуда. И на дискету ничего не скинешь. Эмили может лишь отследить некоторые документы и постараться запомнить их содержание. Или… рискнуть по-крупному.

«Сначала найди что-нибудь», — сказала она себе и напечатала еще одну фразу.

Вавилонские сестры.

Торнтон не без оснований дал ей такой пароль. В этих словах заложен некий тайный смысл. С ними также связаны какие-то детские воспоминания. Она услышала голоса, раздающиеся из просторной светлой квартиры на Авентино. Вновь и вновь звучит какой-то старенький рок-н-ролл в исполнении группы, обожаемой отцом и его друзьями.

Группа называлась «Стили Дэн». «Вавилонские сестры» — длинная джазовая вещица, которую отец любил до такой степени, что кто-то — кто именно? — прозвал его Стили Дэн Дикон, и прозвище навсегда закрепилось за ним.

На то имелись свои причины. Живя в Риме задолго до депрессий и развода, он любил кул-джаз, джаз-рок и еще музыку, направление которой Эмили не могла точно определить, со странными, практически не понятными текстами. Да, папа был крутой мужик, и она всегда знала это, только скрывала до тех пор, пока все стало слишком очевидно. В последние годы он стал настолько крут, что Эмили даже боялась подходить к нему. Было и кое-что еще.

Эмили взглянула на часы. Ей оставалось работать в системе всего пятнадцать минут, а она пока что ничего не нашла. Выругала себя и стала напрягать ум, вспоминая, какие еще композиции любил без конца слушать отец вместе с друзьями в гостиной на стереопроигрывателе «Боуз». Ее память все еще хранила композиции, услышанные девочкой в те времена, когда ей ежедневно приходилось заниматься игрой на пианино, исполнять Хиндемита под суровым взглядом высокомерной пожилой женщины, пахнущей лавандой и живущей в соседнем доме.

Музыкальные уроки Эмили являлись разительным контрастом тем непредсказуемым переливам, рваным гитарным звукам и странным, таинственным текстам, которые так любил отец.

Более всего ему нравились «Стили Дэн» — они исполняли песни так стремительно, что нелегко было уловить содержание.

Эмили видела перед собой отца — Стили Дэна Дикона, слегка пьяного, в компании коллег по работе. Они подпевали вслед за исполнителями, выкрикивали слова песен хором и танцевали, покачиваясь, как делают мужчины в подпитии.

— Ты ужасно плохо справляешься с работой, Эмили Дикон, — прошептала она, обращаясь к самой себе. — В любую минуту сюда может войти Джоэл Липман. Он увидит, чем ты занимаешься, и первым же самолетом отправит тебя домой.

И тогда она никогда не узнает всей правды, не дойдет до сути священного сечения.

В Сети существовала внутренняя поисковая система, нечто вроде «Google», предназначенная исключительно для агентов ФБР. В нее можно ввести любое количество терминов — «пурпурное трансильванское банановое иглу», — и она выдаст множество слов, хранимых в ее утробе, постарается все рассортировать, а затем в течение каких-то секунд предложит вам несколько ответов.

Сверхмашина сочетает в себе работу миллионов умных муравьев. Вам надо лишь нажать на правильные кнопки.

Она напечатала: «Билл Каспар и Дэн Дикон, Ирак».

На экране появился тот же материал — страница за страницей документов, беспорядочно расположенных и не имеющих смысла. Работать с ними придется несколько дней, если не недель.