Читаем Свет в океане полностью

Смотритель маяка отвечал за все. Каждый предмет, находившийся на маяке, регистрировался, описывался и содержался в надлежащем порядке. Избежать учета не могло ничто! Заместитель директора Маячной службы требовал скрупулезного отчета буквально по всему, начиная от топочных труб и чернил для ведения журнала и заканчивая метлами в сарае и обувными щетками. Все занесено в журнал оборудования, где имелись соответствующие записи даже об овцах и козах. Ничего не выбрасывалось и не уничтожалось без соответствующей санкции начальства во Фримантле или – если речь шла о чем-то дорогостоящем – в Мельбурне. Не дай Бог, если вдруг обнаруживалась недостача коробки свечей или галлона мазута и смотритель не смог разумно ее объяснить. И не важно, что они жили на краю земли как отшельники. Их, как запертых в банке жуков, постоянно исследовали, изучали, и они находились под неусыпным контролем властей. Должность смотрителя можно доверить далеко не всем.

Вахтенный журнал рассказывал о жизни смотрителя в мельчайших подробностях. Точное время включения маяка, точное время его выключения на следующее утро. Погода, проходившие мимо суда. Какие-то из них подавали сигналы, а какие-то были слишком заняты борьбой с бурными водами, чтобы отвлекаться на азбуку Морзе или Международный свод сигналов и сообщать, откуда и куда они направлялись. Иногда смотрители позволяли себе вольность, рисуя завитушки или виньетки, начав записи нового месяца, или даже записывали в шутку, что инспектор Маячной службы согласился предоставить им отпуск за многолетнюю работу, поскольку нигде не регламентировалось, что именно должно быть указано в журнале. Однако на этом список вольностей, которые они себе позволяли, исчерпывался.