Читаем Свет укажет… полностью

– Спасибо. А у меня… – Я вскочила и побежала в прихожую, где оставила красивый пакет с подарком, который таскала за собой полдня и даже успела забыть в кафе, когда выбегала оттуда. Вернулась в комнату и протянула Тимуру: – Тебя тоже с Новым годом!

Он заглянул внутрь и улыбнулся, доставая комплект черных полотенец. Отложил их в сторону и похлопал рядом с собой по кровати.

– Иди сюда, – подозвал он.

– Буду носить, не снимая, – проговорила я и коснулась кулона.

– Буду вытираться, не стирая, – пошутил он.

– Глупый, – засмеялась я.

Мы шутили, но Тимур выглядел растерянным, улыбался через силу. Прежде я его таким не видела. Он будто не знал, за что схватиться, поэтому постоянно хватался за меня. Стараясь отвлечь его, я расспрашивала о поездке.

На следующий день за завтраком мне пришлось напомнить Тимуру о своем отъезде.

– Стажировка начинается через шесть дней. В понедельник меня ждут в офисе, поэтому в воскресенье вылет.

– Будем созваниваться? Видеозвонки?

– Нам это обязательно нужно делать, иначе ты опять меня забудешь.

Но Тим лишь весело усмехнулся:

– Что значит забуду? Как я могу тебя забыть?

Я резко повернулась и впилась в него удивленным взглядом.

Что это значит? Что происходит?

Парень понял мой взгляд по-своему и принялся меня успокаивать:

– Прости, я же тебе говорил, что связи в лагере и горах почти не будет, поэтому редко тебе писал. Но сейчас-то мы оба будем на связи.

Он не помнит, что вчера было?!

Пока я придумывала, как его расспросить о вчерашнем дне, он успел закончить с завтраком, быстро собрался и ушел на работу, оставив меня в прихожей в недоумении.

Как только за ним захлопнулась дверь, я рванула к телефону, что лежал в спальне. Хотела позвонить подруге, но пришлось прежде отправить сообщение. И только когда она ответила, набрала ее номер.

– Марина, Мариночка, выручай! У меня тут такое происходит.

И почему я раньше с ней ничем не делилась? Ведь каждому человеку нужен кто-то, с кем можно поговорить. Подруга не подвела – выслушала и поддержала.

– И я вот что не могу сообразить, – сидя в любимом кресле, подвешенном к потолку, в комнате подруги, я выпрямилась и начала загибать пальцы: – Он сегодня утром у меня спросил: «Как это я тебя забуду?» То есть он не помнил не меня, а сам факт «забвения», – я изобразила пальцами кавычки и загнула еще один палец: – Слушай внимательно, чтобы уловить мысль: теперь он помнит меня до Светы, помнит после. Но при этом он помнит и то, что был в поездке с другой. Есть?

Марина кивнула и отхлебнула кофе, испачкав пенкой губы, а я продолжила:

– Он не помнит, что забывал меня, – выставила вверх указательный палец другой руки. – Выходит, он думает, что изменил мне… Но, скорее всего, не может понять, почему он это сделал.

– И теперь он считает, что ты его простила. Простила его измену. А он все равно места себе не находит, потому и сбежал утром поскорее из дома. Ты на него такую вину повесила… – подруга округлила глаза.

– Что же у него в голове сейчас творится? – я схватилась за свою голову.

– Юлиана, может, поговорить с ним? Рассказать все как есть?

– Может, – неуверенно согласилась я с Мариной. – Но если я признаюсь, то потеряю его. Он больше не сможет мне верить. Будет избегать. Я не смогу без него.

– Тебе надо найти способ, как выбраться из игры, чтобы этого больше не было.

– Угу, я помню: не пользоваться вообще Силой! – Я помешкала, но все-таки призналась: – В Новый год сорвалась на Маше. Эта девица меня выбесила, и я не сдержалась.

– Тебе совсем нельзя ею пользоваться! – воскликнула подруга, заставив меня сморщиться.

Ушла от Марины я только вечером и отправилась в спортзал.

Тимур оплатил мне занятия на неделю, чтобы мы могли вместе по вечерам ходить. Встречались там, после ехали домой. Ужинали, смотрели кино, спали в обнимку. Я постоянно расспрашивала его про походы, горы и альпинизм. Мне самой становилось это интересно. А еще мы много разговаривали. Обо всем, но случай в кафе все время обходили стороной.

Между нами складывалась особая атмосфера – естественная и домашняя. Тим продолжал каким-то образом вытаскивать из меня лучшее. Или не он? Может, это наши чувства сделали? Ради него мне хотелось взлететь, показать лучшую сторону себя, то, что пряталась внутри за семью замками.

Но… я уже совершила ошибку, применив к нему Силу. И именно это меня угнетало больше всего. А еще я перекладывала вину на него – так и не смогла признаться.

В один из дней Тимур пришел домой и поделился:

– Так странно. Вечером, когда мы вместе, мне хорошо с тобой. Я могу подойти и обнять тебя, поцеловать. Знаю, что завтра вечером все будет так же и ты будешь ждать меня дома. Но днем на работе я почему-то думаю, что меня никто не ждет… – Тимур замолчал, а я медленно кивнула, догадываясь, о чем он говорит. Он приложил ладонь к груди: – Но где-то глубоко внутри как будто искры напоминают о тебе. Сознание считает, что меня никто не ждет, а сердце говорит об обратном и ведет домой. Я не понимаю, как это возможно.