Читаем Сверстники полностью

– Меня тоже, – сказала матушка Бэкстер.

Они сидели рядом, ни дать ни взять – каменные изваяния, наконец-то в ладу и согласии друг с другом. Джоди чуточку захмелел от шума и музыки, пирожных и суеты. На дворе была стужа, а в церкви было жарко и душно от ревущей печки и набитых в неё разгоряченных, потеющих тел.

В дверь вошёл мужчина, незнакомец. За ним в церковь хлынула волна холодного воздуха, так что все невольно обернулись к нему. Но лишь немногие заметили, как Лем Форрестер заговорил с вновь вошедшим и тот ответил ему, после чего Лем сказал что-то братьям. Через минуту Форрестеры все вместе вышли из церкви. Собравшиеся вокруг Пенни мужчины увлечённо слушали его рассказ, а когда он кончил, довольные, стали рассказывать в свою очередь. Вошедшего мужчину пригласили к столам, на которых ещё было полно всякой снеди. Он прибыл с пароходом, остановившимся у пристани взять запас дров.

– Я сказал этим людям, что здесь сошли ещё пассажиры, – обратился он к женщинам. – Вы, наверное, их знаете. Это мистер Оливер Хутто с молодой леди.

Матушка Хутто поднялась с места:

– Вы уверены, что расслышали имя?

– Конечно, мадам. Он сказал, что здесь его дом.

Пенни уже проталкивался к ней. Он отвёл её в сторонку.

– Я вижу, у вас новости, – сказал он. – Боюсь, как бы не к вашему дому отправились Форрестеры. Я хочу отправиться туда сам и попытаться отвести беду. Вы пойдёте? Быть может, они постыдятся вас.

Она засуетилась, отыскивая шаль и чепец.

– Я с вами, – сказала матушка Бэкстер. – Я выскажу этим негодяям все, что я о них думаю, раз уж на то пошло.

Джоди вышел следом за ними. Они сели в повозку Бэкстеров и покатили к реке. Небо было какое-то странно светлое.

– Должно быть, где-то в лесу пожар, – сказал Пенни. – О господи!

Относительно места пожара невозможно было ошибиться. За поворотом дороги, в конце обсаженной олеандрами дорожки, взмывали ввысь языки огня. Горел дом матушки Хутто. Они повернули во двор. Дом полыхал, словно костёр. Внутри были видны детали комнат. Поджав хвост, к ним подбежал Пушок. Они соскочили с повозки. Матушка Хутто закричала:

– Оливер! Оливер!

К дому невозможно было подойти ближе чем на несколько ярдов. Матушка Хутто порывалась кинуться в самое пекло. Пенни схватил её.

– Вы сгорите! – кричал он ей, перекрывая рёв и треск пожара.

– Там Оливер! Там Оливер!

– Он не может быть там. Он бы выскочил.

– Они убили его! Он там! Оливер!

Он удерживал её изо всех сил. Яркий свет пожара озарял землю. Она была истоптана, исчерчена лошадиными копытами. Но самих Форрестеров нигде не было видно.

– Эти негодяи не останавливаются ни перед чем, – сказала матушка Бэкстер.

Матушка Хутто не переставала вырываться. Пенни сказал:

– Джоди, поезжай, ради бога, к лавке Бойлса и попробуй там разузнать, куда отправился Оливер после того, как сошёл с парохода. Если там никого нет, езжай к церкви и расспроси того человека.

Джоди взобрался на козлы и пустил Цезаря обратно по дорожке. Руки его стали как деревянные и не слушались его, когда он взял вожжи. Он так перепугался, что никак не мог вспомнить, куда надо сперва ехать: к церкви или к лавке. Если Оливер жив, он никогда больше, даже в помыслах своих, не изменит ему. Он выехал на дорогу. Ночь была светлая, звёздная. По дороге к реке шли мужчина и женщина. Он услышал смех мужчины.

– Оливер! – крикнул он и на ходу спрыгнул с повозки.

– Ну-ка, кто это разъезжает тут один по ночам? – воскликнул Оливер. – Здорово, Джоди.

Женщина была Твинк Уэдерби.

– Садись в повозку, Оливер, ну скорее же!

– Что за спешка? Как ты себя ведёшь? Поздоровайся с леди.

– Оливер, бабушкин дом горит! Это сделали Форрестеры.

Оливер бросил в повозку сумку, подсадил Твинк на сиденье, вскочил туда сам и взял в руки вожжи. Джоди примостился с ним рядом. Оливер пошарил рукой за пазухой и выложил на сиденье револьвер.

– Форрестеров там нет, – сказал Джоди.

Оливер хлестнул лошадь и пустил её рысью.

– Матери в доме не было?

– Вон она.

Оливер остановил повозку, и они слезли.

– Ма! – позвал он.

Матушка Хутто всплеснула руками и бросилась к сыну.

– Ну успокойся, старушка, – сказал он. – Не дрожи так… Успокойся.

Пенни подошёл к ним.

– Ни один мужской голос не был бы так кстати, Оливер, – сказал он.

Оливер оттолкнул мать и уставился на дом. Крыша рухнула с треском, и новый столб огня взмыл к кронам дубов, увешанных испанским мхом.

– Куда отправились Форрестеры? – спросил он.

– О господи!.. – пробормотала матушка Хутто, затем, взяв себя в руки, громко спросила: – Чего тебе нужно от Форрестеров?

Оливер резко повернулся на месте:

– Джоди сказал, это их рук дело.

– Джоди глупенький! Взбредёт же такое мальчугану на ум. Я оставила зажженную лампу у открытого окна. Должно быть, занавесь колыхнулась от ветра и загорелась. Весь вечер это не выходило у меня из головы. Джоди, тебе, должно быть, захотелось поглядеть на хорошую драку?

Джоди во все глаза смотрел на неё. Матушка Бэкстер раскрыла от изумления рот.

– Ну, вам лучше знать… – оказала она.

Джоди увидел, как отец крепко сжал её руку.