Читаем Сверхзадача полностью

Флоре показалось, что я не понял всей значительности этого факта.

— Вы не поняли, сеньор Медина? Это великое дело! До сих пор Боливария и Верунда двадцать один раз воевали, врагами были практически всегда. Теперь же этот Рамирес, этот…

— Этот кондитер из захолустья…

— Н-да, вам это трудно понять. Однако именно этот человек проявил себя гениальным дипломатом, сеньор! За два часа он достиг большего, чем все предшествующие правители за сто лет! Он убедил руководителей Верунды прекратить вековую вражду, ему даже удалось склонить их к слиянию наших государств!

— Минутку! — перебил я. — Где это произошло?

— В летней резиденции президента, на окраине города.

— Значит, не в президентском дворце?

— Нет. Делегацию Рамирес принимал в летнем дворце, а после полудня вернулся в город. Я видела его в программе теленовостей.

Уже подали мороженое, а я все еще размышлял над услышанным. Что греха таить, эта информация застала меня врасплох. Каким образом Рамирес сумел добиться столь скорого и театрального успеха? А может, это дело рук Диппа Килиоса? Ясно одно: переговоры состоялись и закончились с результатом почти невероятным.

После ужина я проводил Флору к машине. Мы долго прощались в круге яркого света под уличным фонарем. Я догадывался, что просить позволения проводить ее домой пока еще рано.

— Когда я смогу снова вас увидеть? — спросил я.

— А вы уверены, что хотите снова меня увидеть? — кокетливо улыбнулась она.

— Ни в чем не уверен более, чем в этом, — ответил я, ничуть не погрешив против истины. Постоянной связи у меня еще ни с кем не было, и сейчас, глядя в темные глаза Флоры, я чувствовал, как передо мной распахивается Вселенная, полная неизвестности.

— Приходите завтра обедать, — шепнула Флора тихонько. — В двенадцать.

— Приду, — пообещал я, и она села в машину.

Когда фонари ее машины скрылись в темноте, я оглянулся: уже давно у меня было чувство, что Баракс где-то поблизости. Ну конечно, он наблюдал за нашим прощанием из-за афишной тумбы.

— Все в порядке? — спросил я как можно более официальным тоном.

— У меня — да, — отозвался он. Могу поклясться, что этот иронический тон он позаимствовал у меня, причем не так давно.

— Если ты считаешь, что из-за женщины я потерял способность анализировать ситуацию и принимать решения…

— Именно так!

— В таком случае, прошу — отвяжись. Для меня это важно, и больше на эту тему я дискутировать не намерен.

Мы молча глядели друг на друга среди текущей по тротуару толпы, пока Баракс не напомнил:

— Без двадцати десять.

Ничего не поделаешь. Мы сели в машину и отправились к собору Нуэстра Сеньора.

Перед огромным сооружением не было ни души. Огни едва горели, даже электрические фонари, казалось, боялись ночи: под ними на мостовой дрожали бледные световые круги. Я не ожидал, что здесь будет так пустынно. В воздухе ощущалось напряжение, доносившийся издалека шум предвещал неведомую опасность. Но, возможно, это мне только мерещилось — я же знал будущее, и в общих чертах мне было известно, что произойдет в этом городе в течение ближайшего месяца и позднее…

Негадес был пунктуален: он явился секунда в секунду. Часы на башне стали бить десять, когда он появился на площади. Оглядевшись по сторонам, полковник решительно направился к нам. Я встретил его в тени арки.

— Добрый вечер, сеньор Негадес.

— Добрый вечер, Медина.

— Вы плохо выглядите, полковник, — он и в самом деле был бледный, осунувшийся. Я чувствовал исходившую от Негадеса напряженность. Знаете что, лягте сегодня пораньше и хорошенько выспитесь. Вам еще понадобятся силы.

Он уже не удивлялся, что я читаю его мысли, и мрачно предложил:

— Давайте к делу!

— Вы правы. Ну, что ж, послушаем, что вам удалось разузнать.

Полковник колебался — еще можно было отступить. Однако амбиции победили. Он жаждал власти, а того, кто рвется к ней, ничто не может остановить.

— Завтра с утра президент примет делегацию парламентских партий. После полудня он даст аудиенцию более чем десятку делегаций из провинций, вечером по программе отдых.

— Значит, он целый день из дворца носа не высунет?

— Да. Ваши планы, видимо, могут быть с успехом реализованы не раньше, чем послезавтра.

— Продолжайте, полковник.

— Двадцать девятого с утра президент посетит одну из провинций. Время выезда: 9.30. Маршрут следования: центр города — парк Тимпана Авенида де ла Пас — Южная автострада. Конечный пункт маршрута: центр провинции Вальтено, это десять километров от Боливара.

— Сопровождение?

— Скорее всего, четыре президентские машины, четыре автомобиля охраны и эскорт — еще несколько автомобилей. Правительственные лимузины — все черные «империалы».

— В какой машине будет Рамирес?

— Заранее это никому не известно, даже самому президенту. Все решает начальник охраны непосредственно перед отправлением.

— Кто сопровождает Рамиреса?

— Министр обороны, министр сельского хозяйства, губернатор провинции Вальтено и еще несколько чиновников рангом пониже.

— Вы не поедете?

На его лице мелькнула едва заметная усмешка.

— Нет, коллега. Я как раз буду очень занят. Дела, понимаете, дела.