Читаем Сверхзадача полностью

— Килиоса необходимо похитить, — решительно заявил он. Говорить можно было смело: подслушай нас кто-нибудь из редких прохожих, ему все равно было бы не понять язык, на котором мы беседовали, потому что в 1992 году он еще не существовал. Разоблачить нас мог только один-единственный человек — Дипп Килиос. Впрочем, маловероятно, чтобы Рамиресу-Килиосу взбрела в голову идея прогуливаться по парку, словно Гарун-аль-Рашиду.

— Ну так пойдем и возьмем его, — съязвил я.

— Как? — спросил он. Мыслил он весьма логично, и главное, конкретно.

— Как правило, президенты живут в хорошо охраняемых дворцах. Меня наверняка сразу же застрелят, а в одиночку даже ты вряд ли сумеешь выполнить задание.

— Ну, это еще бабушка надвое сказала, — проворчал он. Его реакция часто была похожа на мою: за последние несколько лет, пока мы колесили с ним по Солнечной Системе и земным эпохам, он многое сумел у меня перенять.

— Этот ход не годится, — сказал я решительно. — Действовать придется не раньше, чем наш друг высунет нос из ворот дворца. Тогда охранников вокруг будет поменьше, и наши шансы побыстрее управиться с делом значительно возрастут.

— Сегодня он собирается посетить парламент, — напомнил Баракс.

— Так-то оно так, но ведь мы еще не знакомы с местностью. Прежде всего следует разработать толковый план, все проверить, а потом уже выбирать подходящее место и время.

— Тут бы пригодился кто-нибудь, кто лучше нас знаком с городом. Какой-нибудь абориген.

— Ты хочешь сказать, что я не сумею разобраться во всем как следует, — разозлился я. Однако Баракс промолчал, в подобные минуты он обычно сохраняет дипломатическое молчание, словно предчувствуя надвигающуюся бурю. А ведь мой помощник и в самом деле может предчувствовать — чертова уйма аппаратуры, которой он напичкан, оберегает его от любых неприятностей. Баракс — мой товарищ и моя опора, но его реплики я переношу с трудом. Несколько странно, правда, было, что именно из его уст сорвалось:

— Ничего я не хочу сказать, а просто размышляю вслух.

Теперь пришла моя очередь съязвить:

— Размышляешь? Ты?

— У меня тоже есть мозг, — с достоинством парировал Баракс. — И, должен заметить, не из худших.

Здесь он был прав. Его аналитические способности значительно превосходят средний человеческий уровень. И все-таки пока что мы располагаем слишком скудной информацией, чтобы приниматься за разработку конкретного плана. Поэтому я отыскал на карте собор Нуэстра Сеньора.

— Скоро полдень, идем, — поднялся я.

— Куда это?

— У нас назначено свидание с Лоренцо, ты забыл?

— Я никогда ничего не забываю, — буркнул Баракс.

Отыскать собор оказалось проще простого. Он возвышался на краю просторной площади и был изумительно красив. Каждый его кирпич представлял архитектуру прошлого — камни, стрельчатые готические окна, резной портал… Ко входу вели длинные широкие ступени. Нетрудно было догадаться, что внутри собор богато отделан. Дымок свечей, ладана, аромат старинных рам, икон, деревянных скамей… В тридцать первом веке от этих предметов не осталось и следа. Последние церкви на Земле строили в 22-м веке, тогда казалось, что культ Космоса может иметь достаточно широкое распространение. Однако и космические верования в самом непродолжительном времени сами собой угасли.

— Я подожду снаружи, — сказал Баракс.

Это была не деликатность. Просто он руководствовался здравым смыслом — именно так следовало поступать, идя на встречу в незнакомом месте, исход которой неясен. Я спокойно вошел в дверь: на Баракса можно было положиться в любой ситуации. Для него существует одна задача, одна программа действий — оберегать инспектора Медину, своего начальника.

Под сводами храма царили сумрак и тишина: народу в это время здесь было немного. Мои шаги отдавались гулким эхом. Солнечные лучи проникали сквозь узкие стрельчатые окна, украшенные витражами, и ложились на каменные плиты пола разноцветными светящимися пятнами.

Из-за колонны вынырнула тень. Мои глаза уже привыкли к полумраку, я узнал всклокоченную бороду и приблизился.

— Здравствуйте, незнакомец, — приветствовал меня Лоренцо. (Ну да, я вспомнил, ведь я ему так и не представился!) Вид у него был встревоженный, я буквально ощущал исходящее от него беспокойство. Где ваш товарищ?

— Неподалеку. Как твои дела, где прятался?

— У друзей. — Больше он не сказал ничего, да я и не настаивал. Мы присели на узкую неудобную скамью, и Лоренцо тут же зашептал:

— Вчера я дал знать Эстрелле, и утром она приехала за мной…

Не знаю, почему, но его бородатая физиономия показалась мне удивительно похожей на лицо, изображенное на одной из икон. На человека, которого бесчисленные древние источники именуют сыном божьим. На Христа. А он продолжал:

— Она сказала, что вы показывали фото президента Рамиреса и спрашивали, кто он такой. Вы что, ненормальные?

— Ничего подобного, — поспешил заверить я его. — Мы приехали из-за границы со специальным заданием. Только и всего. Мы должны арестовать вашего президента.

— Что?! — Лоренцо вытаращил на меня глаза. — Арестовать Рамиреса? Тогда вы точно тронутые.