Зато сохранилась информация о том, что в конце февраля 1945 года от причальной стенки предприятия отошел крупный паром. Кильский канал был разбомблен, поэтому корабль двинулся вдоль побережья Дании. Его сопровождение было организовано по высшему разряду — вряд ли самого фюрера, вздумай он в последние месяцы своей жизни отправиться в морское путешествие, охраняли бы лучше. Паром сопровождали напичканный зенитками крейсер ПВО, эсминец и три тральщика, надежно защищавшие его от атак как с воздуха, так и из-под воды. Кроме того, над кораблем постоянно висел «зонтик» из истребителей ПВО. И это были не простые поршневые одномоторники, а знаменитые реактивные Ме–262, лучшие истребители своего времени.

Несколько дней спустя паром прибыл… Как вы думаете, куда? Правильно, на Борнхольм. Избавившись здесь от своего сверхсекретного груза, он двинулся дальше, к побережью Курляндии, естественно, уже без столь внушительного сопровождения. Остаток войны паром вывозил войска и беженцев из Латвии, лишь чудом не став жертвой шнырявших по всей Балтике русских подводных лодок.

Но что же вез паром? Мне удалось встретиться с сыном одного из рабочих, трудившихся в секретном цехе фирмы «Блом и Фосс». Несмотря на строжайший запрет под страхом смерти рассказывать о том, что им пришлось изготавливать, этот рабочий все-таки рассказал своим домашним про странный самолет, который они собирали. Выглядел этот летательный аппарат примерно так.

Более подробных рассказов мой собеседник не услышал — в апреле 1945 года его отец вместе со всеми своими товарищами по цеху внезапно исчез. Официальная версия — пропал без вести (погиб) во время налета союзнической авиации. Однако у меня было мало оснований доверять этой версии… Тем не менее судьба рабочих верфи «Блом и Фосс» — это другая тема, к которой мы еще обязательно вернемся. Пока же нам надо разобраться, что за «самолет» они строили. Сразу же бросается в глаза, что по описанию он чрезвычайно похож: на бомбардировщик Зенгера, только в миниатюре. Но для чего его делали и доставляли на Борнхольм? Для очередного самоубийственного удара?

Сперва я подумал, что дело обстоит именно так. Не исключено, что фон Браун решил скомбинировать свою ракету А–9/10 с идеей Зенгера и сделать «одноразовый» бомбардировщик с чудовищной дальностью полета. Но против этой версии свидетельствует несколько весьма значимых фактов, от которых попросту отмахнуться не получится.

Во-первых, особого смысла в постройке специального самолета-снаряда, да к тому же настолько сложного и дорогого, не было. Ракета А–9/10 прекрасно могла справиться с обстрелом американской территории. Создавать еще одно штучное оружие было в этих условиях безумной и непростительной роскошью,

Во-вторых, А–9/10 была худо-бедно приспособлена для серийного производства. Во всяком случае, несмотря на всю ее дороговизну, эту межконтинентальную ракету планировалось запускать в массовом порядке. А самолет Зенгера в его последнем варианте изначально планировался в единственном экземпляре. Какой смысл изготавливать такого рода оружие? Правильно, никакого.

И наконец, в-третьих. Собственно говоря, с этого можно было начать и этим ограничиться. Ракета-носитель А–9/10 не смогла бы действовать в паре с самолетом Зенгера. Для этого у нее просто не хватило бы мощности.

И все же пуск был осуществлен.

Документ из архива Олафа

Дядю Олафа, Олафа Вайцзеккера, я помню с самого раннего детства. Старый друг моего отца — они были знакомы с середины 30–х годов, причем, как я не без основания подозревал, благодаря общей тематике исследований. Он жил неподалеку от нас и часто захаживал в гости. О его прошлом я знал так же мало, как и о прошлом своего родителя. Периодически дядя Олаф исчезал куда-то на несколько месяцев, но мы не удивлялись — его работа была связана с постоянными поездками, и никаких странностей в его поведении я не видел. Они стали заметны потом, намного позднее, когда я уже знал, что именно нужно искать. А пока… пока я воспринимал дядю Олафа просто как добродушного, хорошего, веселого человека, в прошлом занимавшегося наукой.