Читаем Сурвивалист полностью

Триста гвардейцев на рысях двигались вперёд. Капитан Чвалин не скрывал довольную улыбку, представляя, как рыцарский клин врубиться в строй бунтовщиков. Он ощущал приятный зуд в правой руке, предвкушая миг, когда сомкнёт пальцы на рукоятке фамильного меча, когда почувствует вес клинка, занося его вверх, когда раскроит голову первого врага и лёгкую отдачу после удара. Капитан вспомнил свой первый бой, как шевелил губами под шлемом, повторяя то дядюшкины наставления, то молитвы Тонеру, Оттогу, Ниобу... демоны знают, каким ещё богам, - их хватает на все случаи жизни. А вот сейчас у него в голове крутилась песенка, подслушанная у костра чатра. Нет, Йозеф Чвалин не испытывал симпатии к заносчивым монахам, особенно после слов их лидера: «Наш отряд самый боеспособный» ... ну надо же такое сказать! Ничего, он покажет варвару, кто тут самый боеспособный. Но песня хорошая - грустная, чтобы не сказать больше, но красивая. Нужно вечером попросить Артура Даро (их барда) подобрать её на гитаре. Давеча он хвастался, что прикупил настоящую андунийскую гитару, врал наверно - откуда в захолустном княжестве мог появиться настолько редкий, контрабандный товар? Шутка ли, доставить инструмент с Тёмного Прайма!

Вот в набат забили:

Или праздник, или

Надвигается, как встарь,

чума.

Заглушая лиру,

Звон идёт по миру, -

Может быть, сошёл звонарь

с ума?

Проклятье, вот ведь привязалось! Капитан привстал на стременах, оглядываясь назад. Хорошо идут. Скрытно и тихо. С той стороны их заметят в самый последний момент. Слева на холме, опустив луки, стояли стрелки Луки Стоянова. Они своё дело сделали отлично и с полным правом отдыхали, ожидая новых приказов. Отряд гвардейцев продвигался низинкой, в обход череды холмов. Повстанцы сейчас заняты пехотой, точнее говоря, пытаются устоять перед натиском бронированного стального катка. Ничего нового воевода не изобретал. Перестрелка лучников и арбалетчиков, столкновение пеших подразделений и финальный аккорд - фланговый удар кавалерии. Классика жанра, как по учебнику и пусть кто-то скажет, что использовать рыцарей в бою против заведомо слабейшего противника - это излишняя роскошь! Нет, господа, гвардейцы тоже хотят принять участие в веселье.

Следом за тем погребальным набатом

Страх овладеет сестрою и братом.

Съёжимся мы под ногами чумы,

Путь уступая гробам и солдатам

Как же там дальше, мелодию он запомнил, а вот слова... Что-то про судьбу. Поступь войны, равенство всех перед смертью...

- Капитан, мы практически прибыли в место, определённое нам Его Превосходительством воеводой. - Знаменосец отряда, Остап Савинич, пришпорил своего коня, поравнявшись с Йозефом. Как и у всех гвардейцев, его глаза лихорадочно блестели, предвкушая скорую битву.

- Еще рано, Остап, - капитан остудил гвардейца. - Поднимешь знамя, когда мы покажемся ввиду противника, а до тех пор стоит соблюдать осторожность.

- Но, господин капитан, чего нам опасаться? Не этих же селян.

- Держи себя в руках, Савинич, и исполняй приказ.

Знаменосец молча кивнул, придержал лошадь, занимая своё место в строю. «Горяч, - подумал Чвалин, - как и все гвардейцы. Ведь гвардия - это элита любого войска и всяким рохлям в ней не место. Однако у меня в подчинении слишком много молодёжи». Анастас Брегович, собирая отряд для своей дочки, княжны Риницы, укомплектовал его всего сотней ветеранов, а остальные - это юноши, недавно взявшие меч в руки. Да, у них отличная экипировка и долгие годы учёбы за плечами, но справятся ли парни с волнением? Хотя волноваться тут как раз нечего - все понятно и просто.

Не во сне все это,

Это близко где-то -

Запах тленья, чёрный дым

И гарь.

Звон все глуше: видно,

Сверху лучше видно -

Стал от ужаса седым

Звонарь.

Бей же, звонарь, разбуди полусонных!

Предупреди беззаботных влюблённых,

Что хорошо будет в мире сожжённом

Лишь мертвецам и ещё нерождённым.

(В. Высоцкий «Вот в набат забили»)

Хватит! К демонам монашеские грустные песни о прошлых войнах и невзгодах. Йозеф рывком опустил стрелку шлема, став похожим на эльфийского принца, и перекинул щит из-за спины на левую руку. Гвардейцы миновали холм и выехали на равнину. Капитан воздел меч вверх - раздался рёв фанфар, знаменосец поднял штандарт княжны Риницы, демонстрируя всему миру, что это её личная гвардия. Рыцари понеслись вперёд.

До сражающихся было далеко, но день выдался ясным, а влажная земля не способствовала возникновению пылевой завесы, и Йозеф быстро разобрался, что к чему.